?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: общество

[sticky post] Заглавное

Приветствую всех, кто зашел ко мне в журнал!
Зовут меня Рагимов Михаил. Так же известен как "Седьмой", "Чекист" и "Сержант". Немного писатель, немного промышленный альпинист. Родом из Донецкой области, из славного города Мариуполя. Как бы это смешно не звучало по нынешним временам, но несколько лет служил в спецназе. Старший сержант - пограничник.
К нынешней украинской власти отношусь очень плохо, но "уркаина" в комментах писать не стоит. Страна не виновата, что такой получилась...
Коллекционирую старые ножи, штыки, лопатки, бритвы, награды и шевроны. Если есть ненужные, Вы всегда можете подарить. Буду признателен и не убью в следующей книге.
Люблю Родину, 17-й век, Дикое Поле, енотов, коньяк и темное пиво.
К френдополитике отношусь наплевательски. Преимущественно подписываюсь на тех, кого интересно читать. Ну и если человек хороший.
Матом ругаться можно, а если ситуация требует, то и нужно.
На данный момент написал самолично и в соавторстве около 15 книг и десятка три рассказов. Михаил Гвор - частично тоже я.


Нет преград тем, кто хочет поддержать финансово!
Карта СБ 5336 6900 1188 3040

paypal
stalinizm53@yandex.ru
paypal.me/nikolaev75

вебмани
R240208859148

яндекс-деньги
410019543324139

киви
+79057588532


Что в моем журнале достойно прочтения (отрывки из книг идут по соответствующим тэгам, и сюда не внесены):

Read more...Collapse )

Видок 2019

На днях посмотрели нового "Видока", с Касселем.
Хороший добрый фильм, где со вкусом стреляют, душат и режут друг друга весьма харизматичные персонажи. Притом, пуля из кремневого пистолета работает именно как пуля из кремневого пистолета!
А какая там работа саблей в ограниченном пространстве... Ух! Шоб я так жил!
И вообще, когда стану старым и седым, отращу рокенрольные патлы и заплету косички как у гражданина гусара)

Вроде рассказывал я эту историю, но не помню. Опять же, обещал многоуважаемому Водокачкину, да удлинятся его мачеты!

Так уж исторически сложилось, что драться, несмотря на имеющийся разряд по рукопашке (вроде 1-й, но не помню, документы на руки не получал), драться я не умею. Как-то не складывалось. Вернее, необходимости учиться не было - я всегда был добродушен лицом.
Но история не про это. В далекие, былинные практически времена, когда я был строен, молод, брился каждый день и вообще был двухметровым блондином с квадратной челюстью - хоть на плакаты соответствующие перерисовывай, то служил Родине. По возможности, честно. Хотя, конечно, всякое случалось.
И вот, отправила Родина в лице майора Кислицкого и полковника Сердюка, меня сотоварищи в Оршанец, в ШКСО (дабы получением официального образования, освятить мои младшесержантские погоны, полученные путем дерзновенных акций, подкупов, многочисленных перфомансов и прочих кунштюков). Не скажу, что три месяца прошли зря - на тот момент в Оршане была офигенная инструкторская команда из старлея Л. и капитана З. - как раз там всякие методы огневой работы в застройке и прочие, прочие, прочие полезные знания были получены.
Идет объявление - завтра, мол, будет вас учить мастер спорта по русскому бою. Дабы вы людей били квалифицированнее, и без синяков! Ну, учить, так учить. Мы ж не против.
Великий Гуру был велик. Вот реально. Больше меня нынешнего раза в полтора. Этакий микро-Бадюк. Еще и срочник-перестарок (это не порок, разумеется, не повезло человеку, не добегал).
Вызвал первого добровольца, начал показывать хитрые приемчики. То так скрутит, то так! Матерый братуха-борцуха, хоть и сугубо славянской внешности. Хотя, при его габаритах, там и приемчиков секретных не надо было, в общем...
Но вот беда - в половине "закрутов", у закручиваемого левая рука остается свободной.
- О, Великий!" - воплю из строя, - хуйня ведь какая-то! рука свободна!
- И ничего не свободна! - насупившись, отвечает Великий, - это так кажется издалека. А на деле, очень даже заблокирована!
Заблокирована, думаю, и хер с тобой. Но тут начальник физподготовки возбудился - инструктор-то, его креатура явная.
- А вы, товарищ, раз самый умный, то выйдите и сами проверьте! А то из строя все умные!
Вышел, что уж тут. Не в том положении, чтобы майоров нахуй посылать с их задумками.
Ох и закрутило меня! Будто под каток попал, асфальтовый.
Как небо с землей на место встало, выдохнул, осмотрелся. А рука-то, левая, свободна.
Ну и уебал со всей пролетарской ненавистью инструктора по гениталиям. Он и опал как озимые.
И больше у нас никаких тренировок по рукомашеству не было. А так все начиналось весело...

"Ландскнехты" 41

Оригинал взят у red_atomic_tank в "Ландскнехты" 41
Странный это был шторм... Странный и загадочный. Неправильный.
Рамон Ланга разменял пятый десяток, исходил все европейские моря, дрался против турков, англичан и фламандцев. Против собратьев-католиков тоже, случалось выходить в бой. Но ничего не поделать, жизнь полна превратностей и удивительных разворотов. И притом Ланга сохранил руки, ноги, оба глаза и почти все зубы, что свидетельствовало о большом уме и еще большей удаче. Однако такой бури и он не припомнил.
Дело шло к ночи, однако далекие молнии сшивали небо и море, освещая все вокруг мертвенно-белым светом. Вода казалась угольно-черной, она отражала свет лучше самого расчудесного венецианского зеркала на серебряной амальгаме. Ветер ярился миллионноруким зверем, рвал на части бегущие облака. Морская пена сбивалась в белесые комья, рассеивалась в холодном воздухе. Казалось, сами всадники апокалипсиса обратились страшной бурей и теперь мчатся над водой, неся погибель всему сущему, сверкая молниями клинков, гремя невидимыми копытами, кованными не иначе как в адской кузне.
Но при этом безумии саму воду как будто со всем усердием приглаживали, утрамбовывали, осаживая быстрые волны. Словно великан готовил поле для итальянской игры в кожаный мяч "кальчо". Или к невиданной схватке, которой ничто не должно помешать... И если влаги не хватало на море, то в воздухе ее имелось с избытком. С неба шел дождь, а снизу жутко воющий ветер хватал соленые капли, разбрасывая во все стороны темными брызгами. Даже если бы команда "Небесного ангела" и рассчитывала на пушки и ружья - сейчас от них все равно не имелось никакого толка. Промокло все, до последней щепочки, доски и нитки.
Ланга отер лицо рукавом, поправил тяжелый, напитанный водой платок, повязанный вокруг седой головы. Крепче взялся за руль.
- Что, хорош ветерок? - спросил ехидный наемник по имени Мирослав, ухмыляясь гнусной ухмылкой сквозь седоватые усы.
- Слабоват! - отозвался Рамон, перекрикивая очередной замогильный стон ветра. - Еще бы наддать! Или слабо?
Мирослав одобрительно цыкнул зубом и качнул головой, признавая суровость капитана.
На самом деле Рамону было до чертиков страшно. Он согласился принять командование флейтом по весьма прозаическим причинам. Иначе его ждала неминуемая смерть, а за капитанство обещали щедро заплатить (с ходу отсыпав аванс золотом) и вообще это богоугодное дело - постоять за истинную веру против происков дьявольской силы. Однако, судя по тому, что сейчас творилось вдали от берега, денежки легко могут пойти на дно вместе с хозяином. А насчет происков...
Сначала Рамон не понимал, на что рассчитывают наниматели, выйдя в море, которого они раньше явно не видели и не понимали. Да еще с командой из пяти человек, включая капитана. Затем догадался - когда седоусый "Мирослав" достал из-за пазухи какую-то веточку с привядшими листьями, сломал и пошептал над обломками. Что это было - никто не понял, зато ветер сущим зверем ударил в паруса "Ангела" и с той самой минуты более не ослабевал. Кругом бесновалась стихия, ураган плющил море, словно виноградный пресс, однако флейт оказался не властен буре. Лишь штурвалу, за которым стоял бледный от страха капитан.
Впрочем, корпус уже немолодого судна скрипел и трещал, грозя развалиться на каждом повороте. А как напор колдовского ветра еще не снес мачты - знал видимо один лишь Николай Чудотворец, покровитель моряков. Сколь бы могучей не была колдовская сила, высвобожденная чернокнижником, прочности корабельному набору "Ангела" она не добавляла. Рамон стиснул зубы и приосанился, готовясь достойно встретить неминуемую смерть. Что ж, не худший конец для идальго - в море, средь соли и ветра, верных спутников моряка. А не в тюрьме, от вонючей удавки или ржавого топора. Только вот как бы чернокнижника еще за борт отправить... негоже доброму католику идти на дно в такой компании.
- Давай направо! - прокричал колдун, и немец, который был среди солдат старшим, кивнул, подтверждая указание.
Ланга осторожно проворачивал тяжко идущий штурвал, стараясь не порвать канаты, передающие натяжение к рулевому перу. И молился, предчувствуя, что самое интересное впереди. Так и случилось.
- Левый борт?! - проорал капитан Швальбе, придерживая шляпу, похожую от общей мокрости на медузу.
- Готов! - отозвался здоровенный чернокожий мавр, махнув ручищей, которой только гвозди выдергивать.
- Правый?!
- Готов! - завопил наемник с побитой рукой в перчатке, судя по акценту - откуда-то с востока. Рамону хотелось верить, что из Польши. Чтобы хоть еще один католик имелся на его корабле...
- Корма?!
- Есть корма! - здоровенный немец с длиннющим мечом за спиной говорил вроде и негромко, без надрыва, но слышали его, должно быть даже русалки глубоко под килем. Собственно разместился он не на корме, а ближе к мачте, но видимо командиру было виднее.
Гюнтер выдохнул. Ему было до смерти страшно и хотелось метнуть в дикое море всю провизию, что оказалась в желудке, начиная со вчерашнего ужина. Но Швальбе превозмог. Он сорвал опостылевшую шляпу и швырнул в волны, затем пригладил мокрые волосы и заорал:
- Мир, начинай!
Ланга понял, что просто так ему на дно не уйти и, поддавшись общей вакханалии вопля, так же закричал во всю мочь "Отче наш" на родном языке:
- Padre nuestro que estás en los cielos,
Santificado sea tu Nombre,
Venga a nosotros tu reino,
Hágase tu voluntad así como es en el cielo, en la tierra!

Мирослав открыл сундучок, который реквизировал в особняке Ван Дейков, набив нужными ингредиентами. Палуба под ногами ходила ходуном, ветер раскачивал флейт, словно игрушку. Закусив губу, ведьмак установил на доски странную штуковину, похожую на маленькую виселицу где-то по пояс обычному человеку. Повесил на перекладине тройную связку серебряных колокольчиков, крохотных, не больше грецкого ореха. Закрыл глаза и сжал левую руку в кулак. Порывы ветра и удары волн не могли заглушить слов дьявольского заклинания.
- Цар Морской, чорт пидводный, и проклятого чорта сын и брат, самого Люцыпера секретар обдристанный! Який же ты ты в биса Цар, когда сракою и камбалу не доплющишь?! Чорт ты, а не цар! И высрана твоя морда, кою чайки обхезали жыденько! Hе будешь ты, сукин сын, люд християнськый пид собой маты, твойого  вийска диавольского мы не боимося, землею й водою будем бытыся з тобою, вражына ты розпроклятий, сыну, хай тоби грець, да лысого дидька тоби у сраку!
Ланга уже навидался за сегодня разных ужасов и непонятностей. Поэтому лишь крепче сжал штурвал, когда чернокнижник пошептал словеса непонятные, совсем не христианские, и, судя по тону, весьма ругательные, после чего колокольцы, до того брякавшие от качки, как им и положено, неожиданно зазвенели тонкими певучими голосами на один лад. Вроде и не громко, но их перезвон пронизывал шум стихии, плеск волн и перекрикивания матросов флейта. Не бывает таких звуков и вещей, человеком сделанных… Не бывает и все.
- Эй, дружище, ты веришь в меньшее зло? - спросил над ухом немец Швальбе.
- Нет, - стуча зубами, отозвался Рамон, делая вид (прежде всего перед самим собой), что это не со страху, а от холода. - Пред Господом нашим нет зла ни большого, ни малого, есть лишь добро и зло. А прочее - от Лукавого!
- И то верно, - сверкнул улыбкой Швальбе. - Вот сейчас мы настоящее Зло и увидим!
Здоровенный меченосец обнажил клинок и с размаху вогнал острие в мокрую палубу, словно молитвенный крест.
- Помолимся, братья! - возопил он, опустившись на одно колено, руки, по-прежнему, держа на могучем перекрестье. - Дабы сила Господня укрепила наши сердца и руки! Аминь!
- Ага, рвать arsch всяким злыдням лучше с Божьей помощью, - пробормотал Швальбе. - Рука крепче. Эй, банда, готовимся к делу! Все помолились? Время есть еще! Может, кто успеет даже в штаны навалить заранее!
- Не богохульствуй! - потребовал Рамон по праву капитана, что на корабле сразу после Бога. Швальбе хотел было ответить едким словцом, но Мирослав опередил, скомандовав:
- Правее, еще правее!
Испанцу не нужно было видеть далекий берег, скрытый во мгле, чтобы знать - теперь "Ангел" шел вдоль него, правым бортом к земле.
- Абрам! - крикнул Швальбе. - Оно точно сработает!?
Мавр посмотрел на тщательно просмоленные бочонки, что громоздились в ряд у обоих бортов и несколько штук - самых больших - на корме. От одного взгляда на деревянные емкости, опутанные канатами и сетями, Лангу охватывала нервная дрожь. Сотни фунтов порохового зелья на палубе. Одна искра - и даже рыбам  на поживу ничего не достанется, все разметает. И бочонки те непростые - в каждом с торца просверлено отверстие и прилажена хитрая конструкция из аптекарских пузырьков, а внутри что-то металлическое поблескивает, будто колесцовый замок, но куда мудренее. Все заклеено и засмолено, но выглядит подозрительно и до жути ненадежно.
Абрафо выпрямился и ответил, скаля невероятно белые зубы в страшной и веселой улыбке:
- А поздно уже проверять! Или сработает или нет! Одно из двух!
Мирослав приподнялся едва ли не на цыпочки, балансируя на скользкой и шаткой палубе. Колдун всматривался вдаль, щурясь и болезненно морщась. Колокольчики зазвенели на совсем уж высокой ноте, пронзительной до боли в ушах. И перестали. Вся конструкция обвалилась, рассыпавшись едва ли не по щепочке. Колокольцы потемнели, словно обратились в грошовую медь и состарились лет на полсотни в один миг. Они беззвучно катались по дереву, онемев навсегда.
- Вот они, - прошептал ведьмак, поднимая руку. Но его услышали. А кто не услышал, тот проследил взглядом за указующим перстом.
"Ангел" скрипел и трещал под напором лютого ветра, выл сам воздух вокруг флейта. И вдруг, словно все разом затихло. На самом деле, конечно, не затихло, а просто потонуло в совершенно новом звуке, который из живых смертных мало кто слышал.
Тихое гудение - вибрирующее, на грани слышимого, но такое, что корни зубов начинают ныть, и сталь клинка мелко дрожит в ножнах. Как будто само море восплакало в неутолимой скорби.
- Это оно, - дрожащими и белыми от ужаса губами прошептал один из моряков, рыжий боцман Петер Рюндемар. Он вышел в море на тех же условиях, что и испанский капитан, выбирая между щедрой наградой и дамокловым мечом правосудия. Йожин-то,  ничего не имел против боцмана, в команду следовало хоть кого-то набрать из “морского” люда.
- Это точно оно...
- Jesús y todos sus ángeles... - выдохнул Рамон, глядя, как прямо по курсу вырастает пятнышко, стремительно увеличиваясь, обретая форму галеона с необычно низкой осадкой и двумя короткими мачтами.
Вражеский корабль шел прямо на флейт с невероятной скоростью разрезая низкие обсидиановые волны. Как прикинул Рамон, узлов семь-восемь, а то и все девять. И на его мачтах не было ни одного паруса. Ни единого.
_______________________________________



Ну и просто для души :-))



- Тут на днях собрята областные бандосов наших принимали, - Бочкин, зевнув, взял чашку. Суточное дежурство, вопреки опасениям, проходило спокойно, если не сказать скучно. Никого не отпиздили в кабаке, попутно отработав деньги и телефон, ни у кого не вытащили из машины магнитолу, варварски раскурочив при этом панель, ни у кого не вытащили, забравшись в неосторожно открытую форточку, телевизор.
Объяснений этому было немного. Или осенняя депрессия, сопровождающаяся подавленностью, плаксивостью, нежеланием работать и общаться друзьями или близкими, и даже отсутствием желания заниматься любимым делом, добралась, наконец-то и до заколючинских уркаганов, или, как предполагал Игорь, настало затишье перед бурей, и подучетный контингент замыслил преступление века, дерзкое и опасное. Например, спиздить из местного музея, с выставки «По реке времени» седой волос с жопы сибирского шамана или похитить, неизвестно за каким хуем, страхолюдный, собранный из ненужного говна, экспонат с выставки «Восстание машин».
- По поводу? - спросил следователь Ефимов, хозяин кабинета, где распивала чаи и кофе, лениво трепля языком, следственно-оперативная группа, за исключением эксперта-криминалиста Безногого, заработавшего, еще в охране подпольную кличку «Имущество».
- Да хер бы их знал, - пожал плечами Бочкин. - Они мне, знаешь, не докладывают. Короче, притащили они бандосов, расставили вдоль стены, ну и ждут, когда тех заберут. А время — как раз ППС снимался, и там у них стажер новый, молодой пацан, к бандосам подходит и выдает - «О, здорово пацаны! А вы чо тут?».
Собры аж прихуели от такой наглости, ему - «Слышь, отошел быстро!» А тот, балбес, им - «Не, ну а чо?». Ну, взводник уволок. Успел, пока в бубен не дали.
- Суицидник, - кивнул Ефимов. Стажер же, без формы еще, по гражданке. Эти-то долго не разговаривают. В репу, ласты завернули, мешок на голову и жопой кверху. Они мне, давно, правда, свидетеля доставляли…
- Свидетеля?
- Да там, херня такая получилась, у меня сроки, по материалу горят, одного человека только опросить и все, а он - «Идите нахуй, никуда я не пойду». В этого козла, в общем, все и уперлось. Живет он в ебенях, ехать не на чем - машину не допросишься, а своей нет. На автобусе там часа два пилить, да и чо толку — приедешь, он рогом в землю упрется, и чо с ним делать? Ну, благо, по старой памяти, попросил собров - «Вы мне человечка доставьте. Только, это, он свидетель, не надо его ломать, двери выносить ну и как вы обычно любите. Просто, возьмите за жопу, и вежливо, но настойчиво притащите ко мне, ага?»
Ефимов зевнул, достал пачку и щелкнул зажигалкой.
Read more...Collapse )

УПД Пост поправил. Спасибо, что подсказали
Судя по количеству автолюбителей, с выпученными глазами забегающими в лабаз в поисках лопаты, Самара расположена на Таити. И снег каждую зиму не выпадает.
Не пойму, тяжело в багажник хотя бы МПЛ-ку кинуть, даже самую дешевенькую, чтобы из-под колес раскидать
Этой статьей мастер Гамбс я начинаю цикл материалов о альпинистских железках.

Мало залезть на гору или здание. Оттуда еще и надо слезть. Зачастую, намного удобнее, воспользоваться спусковым устройством, чем пытаться вернуться по своим следам, оскальзываясь и балансируя. А в промышленном альпинизме, в большинстве случаев, до рабочего места добираются именно методом спуска. На узлах спускаться далеко не всегда удобно. Да и "железо" предлагает гораздо большее количество вариантов использования.

Итак - "восьмерка".
Одно из самых распространенных спусковых устройств, ведущее свою родословную от легендарной шайбы Штихта. Естественно, имеющее кучу вариантов. Принцип работы основан на повышении трения. Так, классическая восьмёрка увеличивает усилие на верёвке в 4-20 раз. Например, если удерживать верёвку руками перед восьмёркой с силой 25 кг, то за восьмёркой усилие будет 200 кг, при усилии захвата руками 50 кг — 300 кг.
Из-за большого количества перегибов, общим недостатком всех восьмеркообразных явлется то, что они закручивают веревку. Это можно несколько сгладить недопусканием касания веревкой земли.

P1050455
Двурогая, рогатая
Классическая и специализированная ("Пирана" от "Пецеля")


Read more...Collapse )

ДНР и прочая война...

Сижу я, пью кофе с пацанами. Пацаны рассказывают:
На днях была с пострелушка, которая боестолкновение. По итогу: ВСУ шарахнуло в небо 3000 5,45х39.
ДНР получило 2800 5,45Х39.

Кстати, интересный момет, зольды ДНР на торжественных мероприятиях ходят с открытыми лицами, а ЗУшные НВФцы все в балкалавах... Возникает вопрос, кто так не уверен в своей победе, что даже на параде прячет рожу?

Nov. 10th, 2013

"Бремя продавца-консультанта"

Неси это гордое Бремя -
Родных сыновей пошли
На службу тебе подвластным
Народам на край земли -
На каторгу ради угрюмых
Мятущихся дикарей,
Наполовину бесов,
Наполовину людей.

Неси это гордое Бремя -
Будь ровен и деловит,
Не поддавайся страхам
И не считай обид;
Простое ясное слово
В сотый раз повторяй -
Сей, чтобы твой подопечный
Щедрый снял урожай.

UzcrN94m8Tw

Спасибо за наводку нового прочтения http://prizrak-operi.livejournal.com/

ИСС


Индивидуальная страховочная система, она же «страховка», «беседка», «обвязка», «система»— соединительное звено между веревкой и человеком( «меткое» определение от кретиффщиков из «Венто»). Важный элемент снаряжения, без которого не допустимы никакие работы на высоте и никакое скалолазание. Одевается на себя. Служит для распределения усилия при рывке верёвки вследствие срыва (падения) на бОльшую площадь и предотвращения травмирования. Изначально шились собственноручно из относительно подходящих строп. Отдельные великие Гуру до сих пор владеют искуством вывязывания ИСС из куска веревки. Я не Гуру, я не умею. Хотя, и показывали.

Подразделяется на собственно «системы» и страховочные пояса. Вторые мы рассмотрим ниже, а сейчас перейдем непосредственно к системам...


Проникнуться многовековою мудростью... Collapse )

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner