Category: история

Заглавное

Приветствую всех, кто зашел ко мне в журнал!
Зовут меня Рагимов Михаил. Так же известен как "Седьмой", "Чекист" и "Сержант". Немного писатель, немного промышленный альпинист. Родом из Донецкой области, из славного города Мариуполя. Как бы это смешно не звучало по нынешним временам, но несколько лет служил в спецназе. Старший сержант - пограничник.
К нынешней украинской власти отношусь очень плохо, но "уркаина" в комментах писать не стоит. Страна не виновата, что такой получилась...
Коллекционирую старые ножи, штыки, лопатки, бритвы, награды и шевроны. Если есть ненужные, Вы всегда можете подарить. Буду признателен и не убью в следующей книге.
Люблю Родину, 17-й век, Дикое Поле, енотов, коньяк и темное пиво.
К френдополитике отношусь наплевательски. Преимущественно подписываюсь на тех, кого интересно читать. Ну и если человек хороший.
Матом ругаться можно, а если ситуация требует, то и нужно.
На данный момент написал самолично и в соавторстве около 15 книг и десятка три рассказов. Михаил Гвор - частично тоже я.


Нет преград тем, кто хочет поддержать финансово!
Карта СБ 5336 6900 1188 3040

paypal
stalinizm53@yandex.ru
paypal.me/nikolaev75

вебмани
R240208859148

яндекс-деньги
410019543324139

киви
+79057588532


Что в моем журнале достойно прочтения (отрывки из книг идут по соответствующим тэгам, и сюда не внесены):

Collapse )

К вопросу о Passauer Kunst в недавнем прошлом

"Карась Савва Леонтьевич, из Хмельницкой области, начальник штаба 61-й СД, участник десанта 1942г. под г.Судак, попал в плен, первый раз расстрелян 02.07.42, выбрался из братской могилы, снова попал в плен, отправлен в мариупольский концлагерь, расстрелян на Агробазе, выбрался из братской могилы, спасён подпольщиками, возглавил партизанский отряд в запорожских плавнях. В отряде Карася сражались бывшие военнопленные мариупольских концлагерей. Затем зам.командира 1369 СП 417 СД 4-го Укр. фронта. Первый взял высоту на Сапун-горе. Присвоено звание Героя Советского Союза. Остался жив." (С)

"Кордон" на "Крузволде"



Граница — простой и жестокий мир. Он не ждет гостей. Наши слева, враги справа, Лаба и орки посередине. Лаба — река, орки — сволочи.
Мы режем их, они режут нас, ни черта не видно из-за дымного пороха и потому, что стреляем друг в друга исключительно по ночам. И орки отстукивают на барабанах марши, аж заслушаешься. Пока орочья стрела в ухо не прилетит.
Мы держимся геройски, побиваем контрабандистов, наша впалая грудь всегда колесом, а ландфебель Водичка может выхлебать полведра бимбера и остаться на ногах. Про поручика Байду и вовсе говорить нечего!
Наш командир - гауптман Темлецкий, прозвищем Цмок, на гербе три вороны. Мы грозны и сильны, а когда враг грознее — у нас есть паровой голем. Списанный, но боевой, и почти всегда на ходу.
Мы простые люди, и здесь, на границе, нам не надо никаких сложностей и никакой магии. Мотайте на ус, господин прапорщик. Вам ночью в наряд!


Книга основана на сеттинге "Никакой магии" Андрея Уланова

Приобрести книгу можно по ссылке - ссылка
Или напрямую у меня, отправив сумму на карту, и отписавшись на любой мой аккаунт.

Распространение всячески приветствуется!)

Музей истории религии (ГИМР, Спб)

Вчерашнего дня наведались с визитом. Краткий фотоотчет с краткими комментариями


Фигурка нанайского, емнип, духа с росомахой-фамильяром. Сбоку - медвежье жопие. Смущает хвостЪ, более присущий псовым, но супротив НаукиЪ не попру.

Collapse )

Повод для бомбажа

Висит в Самаре плакат. С нравоучительными стихами:

"Не делай зла — вернется бумерангом,
Не плюй в колодец — будешь воду пить,
Не оскорбляй того, кто ниже рангом,
А вдруг придется, что-нибудь просить. " (О. Хайям)


Бумеранг. Персия. Бумеранг. Персия... Вы*, блядь, совсем ебанутые?!

*Естественно, речь об авторах сего плаката и о прочих идиотах, готовых что угодно приписывать кому угодно. Хоть Бисмарку, хоть Стэттему с Лениным.

Кордон. Интерлюдия №1



Давно это было, еще при царе Паньдусе, а то и пораньше. Знаю, что Паньдус не царь, а президент. И что правил он Республикой всего-то лет шесть назад. В лоб дам, умничать будешь!
Только я из Гданська перевелся, короче говоря. Ну как «перевелся» - под зад коленом, в аусвайс печать с волчьей головой. Не надо было делать кое-чего. Чего именно? Не скажу. Кто много знает, тот по ночам не спит, все нож в печенке представляет. Бритву? Бритвой по горлу тоже хорошо. Не имею, так сказать, возражаниев супротив!
Ладно, что уж тут. Курву нашего полковника, что по порту работал, по копытцу верблюжьему погладил. Случайно вышло, ага. Копытце что такое? Ну ты, рядовой, и… Даже слов нету цензурных. У прапорщика спроси. Он столичный, про выдумки всякие слышал.
Со службы как поперли, сперва заквасил нешуточно. Денег-то выдали напоследок. Последние пропил, на бритву поглядел, на отражение свое мрачнорожее…
Рожу побрил да в бригаду пошел. К пограничникам. С детства уважал, кто на кордоне службу несет.
Collapse )

Есть мысль 5-6 таких вот зарисовок в текст вставить, благо историй служебных у меня как у дурака фантиков.

Кордон. Глава 2

Бганы, которых насчитывалось аж пятеро – отец-старшак и четыре сына, людьми были основательными и хозяйственными. Крепко держали и Старую Бгановку, где обитал отец с самым младшим, холостым еще сыном, и Бгановку Новую, где жили семейные братья. Зарились одно время на Вымрувку, там, где солеварня пана Жижки, но не выгорело. Вырви-Глаз сам на кого хочешь позарится!
Но и кроме солеварни, у Бганов было чему завидовать: и две пасеки, и полей несчитано (на тайных делянках, средь пшеницы тоже всякое порой росло, законами Республики не особо разрешенное). Ну и полторы сотни коров со всякими хрюшками…
- Чисто магнаты, - кивнул Подолянский, который с ландфебелем ехал во главе наряда, растянувшегося на узкой тропинке.
- Можно и так сказать, - хмыкнул Водичка, - разве что звания подлого, и на шелках баб драть не приучены.
- Скользко на шелках, на пол усвистеть можно. Вместе с бабой, - задумчиво произнес прапорщик, обернувшись.
- Что, совсем хороший? – в свою очередь обернулся и ландфебель. – Ох, ну курва ж мать, прости Царь Небесный…
Поручик Байда, назначенный старшим, уже на лошадь залезал с некоторой долей неуверенности и легкой расслабленностью в членах. За долгую же поездку, его и вовсе развезло – офицер качался в седле из стороны в сторону. От падения спасало разве что везение, призванное спасать пьяных и дураков.
- Нельзя его таким везти, - нахмурился ландфебель, - граничары ко всему привычные, но вдруг очнется невовремя.
- Буйный? – уточнил Подолянский. Прапорщика самого слегка вело. Но свежий лесной воздух и оживленный разговор потихоньку трезвили. – Или муроводит?
- Блюет, - коротко пояснил Водичка и рявкнул:
- Сучевский, пана поручика под белы руки, и на заставу. Ферштейн?
Рядовой, кряжистый дядька, на вид - года так десятого службы, а то и старше, молча ухватил поручикову лошадь под уздцы, развернул.
Подолянский дождался, пока маленький конвой скроется за поворотом узкой лесной дорожки, потом махнул рукой, двинули, мол.
- Довезет, - подтвердил Водичка, - он парень надежный. А что у Бганов случилось – то брехня все. Не коров они там делили!
- А из-за чего тогда? – спросил Подолянский, удивленный таким резким переходом. - Скот, насколько знаю, в здешних местах первая ценность.
- С тем не спорю, - замотал головой ландфебель. – Только зуб даю, что они, по своему падлючьему обычаю, за лето с батраками не рассчитались, вот те и взбеленились. Ну или кинули по десятке в зубы, и зимуй как хочешь! Те еще жучары! И знаете, господин прапорщик, до того ведь наглые, что даже ученых столичных, и тех обжулили!
- Ученых столичных? – переспросил Анджей. – Когда успели? Мы с ними неделю как на заставе. Одним поездом добирались.
- Да я не про тех, а про прошлых! – радостно оскалился Водичка. – Этих ты еще попробуй обжулить! Один профессор чего стоит!
Насчет главного ученого, Подолянский с ландфебелем был согласен полностью. Профессор Конецпольский держался так, будто в прошлом был не меньше, чем полковником, а то и бригадиром. И выправка, и борода, и не голос, а сущий глас, на весь плац рычать можно. Остальные геологи, конечно, пожиже, но видно, что бывалые. Разве что барышня – секретарь выбивалась, сущей тростинкой смотрелось. И глаза какие… Эх! Пани Юлия, куда ж вы теми глазами смотрите, да все не туда...
Collapse )

Артефакты минусинского краеведческого музея. Часть 1.

Топикстартер, конечно, тот еще креативщик, так что, комменты читайте не в затяжку

Оригинал взят у sibved в Артефакты минусинского краеведческого музея. Часть 1.
Некоторое время назад про интересные экспонаты в краеведческом музее г.Минусинска (Красноярский край) мне рассказывал izofatov. Особенно он заострил внимание на бронзовых зеркалах, ваджре, представленные в экспозиции музея. Но увидеть все своими глазами – это конечно же совсем другое. Предлагаю читателям мой фотоотчет самых интересных экспонатов этого, можно сказать, уникального музея древней истории Сибири.


Collapse )

Оленные камни

Каждый (да, я слишком хорошо думаю о людях) знает о половецких и скифских каменных "бабах", что раньше стояли чуть ли не на каждом холме и кургане. Да и сейчас, несмотря на перекочевку на частные дворы и тылы музеев (за Мариупольским, к примеру, штук двадцать валяется совершенно хамским образом), и всякие куда более пакостные события, кое-где торчат. Каменная скульптура степной полосы Евразии вообще широка и обильна как сама степь.



Естественно, искусство вырезания на камнях всяческих сюжетов не родилось само по себе. Древние кроманьяки в промежутках между геноцидом несчастных неандертальцев и развеселым каннибализмом, нарабатывали навык на дереве - материал-то, куда более благосклонный к пользователю. А потом и за камень принялись.
Ну а если серьезно, то скорее всего, первоначально сами памятники делали из дерева, а изображения на них наносили краской, а уже потом они репродуцировались в камне, что переносит начальный этап формирования оленных камней в горно-таёжные районы Центральной Азии

Collapse )

Продолжение про тупорылого зверя будет завтра-полезавтра)