Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Заглавное

Приветствую всех, кто зашел ко мне в журнал!
Зовут меня Рагимов Михаил. Так же известен как "Седьмой", "Чекист" и "Сержант". Немного писатель, немного промышленный альпинист. Родом из Донецкой области, из славного города Мариуполя. Как бы это смешно не звучало по нынешним временам, но несколько лет служил в спецназе ПогранСлужбы. Ушел старшим сержантом.
К нынешней украинской власти отношусь очень плохо, но "уркаина" в комментах писать не стоит. Страна не виновата, что такой получилась...
Коллекционирую старые ножи, штыки, лопатки, бритвы, награды и шевроны. Если есть ненужные, Вы всегда можете подарить. Буду признателен и не убью в следующей книге.
Люблю Родину, 17-й век, Дикое Поле, енотов, коньяк и темное пиво.
К френдополитике отношусь наплевательски. Преимущественно подписываюсь на тех, кого интересно читать. Ну и если человек хороший.
Матом ругаться можно, а если ситуация требует, то и нужно.
На данный момент написал самолично и в соавторстве около 15 книг и десятка три рассказов. Михаил Гвор - частично тоже я.
Мои книги лежат здесь - https://author.today/u/irkuem/works

Нет преград тем, кто хочет поддержать финансово!
Карта СБ 5336 6901 3671 4666


Что в моем журнале достойно прочтения (отрывки из книг идут по соответствующим тэгам, и сюда не внесены):

Collapse )

Про то, как шаман к русским в гости ходил тылгур смотреть

Молодой шаман решил к русским в гости сходить. Оленины взял, медвежатины взял. Юколы мешок набрал. Брусники корзинку взял. И пошел.
Русские шамана встретили, подарки взяли - руку долго трясли, говорили всякие хорошие слова. А потом на кит-байдару позвали, чай пить. Шаман по мостику идет, на воду под ногами не смотрит... Опасно вниз смотреть! Старый шаман так с обрыва смотрел, с того, где дорогу американским показал. Смотрел, смотрел... А потом вперед шагнул - позвала его высота, бывает! Ногу сломал, и левый рог. Оленю. Тот под обрывом ходил, на шамана смотрел. Не повезло...
Сели чай пить. Сало нарезали, огурцы из банки достали, хлеб черный, как земля... Хорошо чаю попили!
Вернулся шаман в деревню, сел у дома и загрустил. К нему унаки подходят и спрашивают, чего грустный стал? В Авдах головой вперед хочешь или женится?
Шаман рукой махнул и отвечает, что видел у русских чудесный тылгур в окне. Целый день смотрели, два ящика чаю выпили!
А про что тот тылгур, спрашивают унаки?
А про то, как один такой, вот так! А у него гуся убили! А он - да вы чо!? В морду - хрясь! А за ним те! А тот к той! И все они так! И ножом - на, ссука, на! Потом рака живого сожрал! И дых-дых-дых! И от тех, а они за ней!И шест такой - виу-виу, херак! За ними тупилак погнался! Лохматый! А потом этот такой: мва-ха-ха! Не тот, который другой! И весь такой “запомните меня!” и со всего размаху - хренак! И в небо полетели. Виу-виу! А потом тот взял, да сбежал! Наверное, раков живых жрать!
Collapse )

Про унака, желтых и уньршк

Жили унаки, жили. Бед не знали! Тут желтые пришли. Приплыли на десятке железных байдар, на берегу копье воткнули, к нему кусок полотна привязали - полотно белое, на нем пятно красное - словно зарезали кого. Наш остров, говорят. Наш архипелаг, говорят. А вы, унаки, теперь не унаки, а тоже желтые. Так и знайте!
Унаки переглянулись - согласились. Для желтых себя желтыми зовут, а как те отвернутся - снова унаками. Одни охотники хотели ночью прийти, всем желтым головы отрезать. Но посчитали - не выйдет. Желтых - как муравьев. А унаков - три дюжины да еще немного. Тут бы русские помогли, да заняты. Ну и не было тогда у русских кит-байдар с вверх-копьями.
Пришлось кивать. Унаки ведь храбрые, но желтые сразу за ножи хватаются. Злые, как медведи-шатуны! Не так идешь, не так смотришь, не так свистишь... Сразу за нож! А он длинный - как половина унака. И если ударить, то тоже, как половина. Только с другой стороны.
Все им не так, все хотят, как у себя сделать! Чтобы женщины не халаты носили, а юбки. И чтобы с ними не муж ночевал, а осьминог. И чтобы трусы не стирали, а желтым приносили. Те их на на головы себе надевали. Говорят, желтых со звезд выгнали - шаман сэвэвонов видит, потому что, он тонкие грибы ест, а эти всегда такие. Без грибов.
Один охотник пошел по берегу ходить. Полезное искать. Океан, он унакам всегда что-то приносил. То веревку, то бочку, то огромную птицу из легкого железа, то лодку...
А ему унрьшк русских навстречу - и как на Архипелаг попал, как сумел? Русские давно не приходили, а уж уньршк их - еще дольше. Как попы пропали, так и русские милки с ними. Идет, рога чешет, бородой трясет.
- Съем тебя, унак! - говорит.
Унак нож достал, второй достал. Потом за топор взялся... Топором если промеж рог, то любой уньршк обсерется - так унаку его дед говорил, а деду - Данилко Федосеев, коий государю служил, бился явственно, на бою ранен в муде. Оттого и мудрый стал - как три шамана сразу.
Понял уньршк, что тут еще непонятно кто кого съест! Но оступать некуда - за уньршк океан, а в нем вода холодная. И в волне Кеглючин клыки точит - не любит он чужих.
- Не вкусный ты, унак, сразу вижу! - а сам на нож смотрит. Хороший у унака нож, длинный! Не как у желты, но похож - тоже старого мудрого Данилки подарок, коий он у змеиных людей в Литве с бою взял, трех литовских мужиков насмерть затоптав.
Унак на уньршк смотрит. Смеется.
- Могу кое-чего попробовать дать, вдруг понравится!
Уньршк расплевался.
- Уйду, - говорит, - и есть тебя не буду, если ты мне отдашь что-нибудь!
- Раковину забирай, - отвечает унак. - И вторую тоже.
- Не от чистого сердца даришь, не могу!
- Ну тогда видишь, морж лежит. Месяц как умер! Сам бы съел, да тебе дарю. Доброму уньршк не жалко!
Снова расплевался уньршк. А где он плюет, там на песке мусор всякий появляется. Думает унак - он же так весь берег засыпет! Надо придумать что-то!
- Давай, - говорит, - раз моржа не хочешь - зря, кстати, вкусный, выдержанный! - то желтых забери. Всех! А то что они!
Подумал уньршк, потом еще раз подумал. Вроде и от чистого сердца унак отдает, да много их, не осилить... Пока думал, унак поближе подошел, ножом ударил.
Отлетела голова глупого уньршк, воткнулась рогами в песок. Унак ее подобрал, потом на столб повесил - желтых пугать.
А потом и русские пришли, желтых выгнали.

По мотивам русской сказки

Глава 23. День свиней

На главной площади Любеча было удивительно много народу. Обычно Сангльер старался обходить людские скопища подальше. Но, довольно таки опасное поручение капитана больше не лежало тяжеленным камнем на загривке, а потому хотелось странного. К примеру, побыть среди новых людей - выбить, так сказать, клин однообразия! Все же, рейс длиной в полгода, с редчайшими заходами в порты - да и то, по ночам, наскоро и тихо... Лицо каждого из команды вызывало желание блевать! А тут - разнообразие! И женщины красивые!
Collapse )

Глава 4. Ганзберг, Воронов лес

С утра снова зарядил дождь. Анджей вышел на порог квартирки товарища, хмуро посмотрел на серое небо, спустился по ветхой лестнице. Поднял воротник, поправил шляпу. Увидел в окне спасенного волчонка, помахал рукой. Сигурд улыбнулся, замахал в ответ.
Анджей двинулся быстрым шагом в сторону центра.
Абель остался на квартире. Пришлось!

Collapse )

Про башкирский мед и куру по-молдавански

Иду сегодня мимо соседнего продуктового, помахиваю пакетиком с обедом.
В магазине - дежурная продажа башкирского меда и прочих алтайских варений. Ходит попка с матюгальником. Из матюгальника записанный текст:
"Сегодня - КРАЙНИЙ день распродажи лучшего башкирского меда!"
Ну, думаю, шлемазлы, блатных писек обнюхавшиеся, вам не медом, вам курой по-молдавански торговать надо!
Тут и вспомнил, что с ширнармассами не делился историей происхождения данного понятия. Как сумел - не знаю, но восполнять пробел надо.
В 2010 работали в Москве, висели на 22-хтажке, на Шмитовском проезде (там еще пруды всякие и вообще красиво). Много там веселого было, и как обычно. Но то потом, при случае
С туалетами там было плохо - все на первом этаже, не набегаешься. Справлялись по углам, конечно, благо шли дожди и все пакости быстро смывались...
Сидим, переодеваемся. И тут Дима-Молдаван идет из-за надстроек. Сжимая черный пакет округлой формы - точно как курицу-гриль упаковывают.
Народ удивился - где достал, мол, как умудрился?
"А это специально для гаишников!", отвечает Димон, и потрясает в воздухе пакетом: "Кура по-молдавански, спецрецепт!"
Так и повелось в узких кругах



Та самая крыша



Часть бригады

(no subject)



Владимиръ Ильичъ Ленинъ очень любилъ захаживать въ баръ "Голубая устрица". Бывалоча зайдётъ, пригласитъ за столъ геевъ и гоняетъ съ ними долгия проникновенныя чаи.