irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

"Пена на волнах" (очередной произвольный отрывок)

Судно скрипело всем, чем можно. Бывший сейнер каждым сочленением проклинал судьбу. И проклинал небесных Богов, отведших ракету от причальной стенки. Тогда все бы и закончилось. Мгновенно и бесповоротно. Ослепительный взрыв, краткий миг затмевающей сознание боли в ломающихся ребрах-шпангоутах. И прохлада морской воды, несущая забвение…
Но все получилось совсем не так. В биографии сейнера присутствовало многое. Тут были и выходы за рыбой, похожие друг на друга как капли, и залитая кровью палуба, и латание дырок в бортах, и смена порта приписки, и много еще чего. Интересного и не очень.
Судьба круто изменилась совсем недавно, меньше недели назад. Над спящей Таманью единым  хором взревели двигатели. Над портом взлетела ввысь частая стрельба. И вдруг, совсем рядом с сейнером  оказались угловатые коробки бронетранспортеров, с такими родными звездами на бортах…
И сейчас, кораблик шел домой. Рубил наскоро заплатанным форштевнем воду, вскарабкивался на спины волн, рокотал изношенным движком…
 - Воды… - простонал кто-то сбоку. Левашов попытался повернуть голову – голос показался знакомым. Но не получилось. Вспыхнули перед глазами красные круги, сменившиеся темнотой.
 - Воды… - снова послышалось сквозь туман.
 - Сейчас, сейчас!
В губы ткнулось горлышко «полторахи», приспособленной под поилку. Сержант понял, что знакомый голос – ему и принадлежит. Вода, тонкой струйкой вливавшаяся внутрь, приносила с собой и ясность мыслей. Кое-как сфокусировав взгляд, сержант разглядел спину, одетую в заляпанный бурыми пятнами халат. Почувствовав внимание, владелец спины развернулся. И обрадовано сказал:
 - О! Еще один очухался. Будь здоров, сержант!
Болело все. Начиная от пальцев ног, заканчивая головой. Даже уши, и те, в такт работы сердца наливались болью. Добавляя неприятных ощущений, ритмично ходил вверх-вниз пол. И над головой, чуть ли не у самого лица, раскачивалась, затянутая мелкой сеткой лампа, выхватывающая из окружающей темноты облупившуюся краску на потолке и стенах.
 - Вы, уважаемый, на борту госпитального судна «Сергей Юдин». С чем я вас торжественно поздравляю! – не дожидаясь вопроса, поспешил с ответом то ли врач, то ли санитар, старательно проговаривая каждый слог. Но все равно, слова проходило словно сквозь вату.
Сержант очень медленно, старясь не дергать звенящей головой, огляделся. В дерганом свете единственной лампы, всех деталей было не рассмотреть при всем желании, но примерную картину Левашов понял. Действительно, госпитальное судно. Трюм. Небольшой, метра три в ширину, метров пять в длину.
- Друг… - кое-как прошипел сержант. Горло, смоченное водой понемногу оживало. Но на речи, более долгие, чем одно слово, оказалось неспособно.
 - Ушиб всей бабки! – туманно пояснил «халат».
Сосед Левашова, скрытый под толстым слоем бинтов, вдруг завыл. Низко и утробно. Санитар, ухватив с рундука небольшой ящичек, перешагнул через сержанта. Бросив тому:
 - Контузия у тебя. И вывих матки. Спи!
Левашов честно попытался заснуть. Не получалось. Только затих сосед справа, получив полновесную дозу промедола, как завелся сосед слева. Успокоился тот – поменялся ветер. И в борт зашлепали волны…
 Качка неожиданно кончилась, сменившись мелкой дрожью. Левашов настороженно дернул за полу, окончательно ставшего бурым, халата снова перешагивающего через него санитара.
 - Приехали! – медик растер по лицу пот. – Щас выгружаться начнем!
Санитар не обманул. И десяти минут не прошло, как по трапу загремели ботинки. Сквозь узкий люк носилки протискивали с трудом. Сержант изо всех сил ухватился за раму. Вывалится и приложиться головой ему совершенно не улыбалось. Пронесло!
Вынеся наружу, "портовские" оставили носилки на палубе, и скрылись в чреве судна. Сержант лежал, глядя в небо и наслаждался. После спертого воздуха трюма, состоящего больше из крови, гноя и лекарств, запах снаружи показался неземным. И плевать, что воняет креозотом и прочими горюче-смазочными. Плевать, что снова разболелся ушибленный и переломанный организм...
С берега, на борт поднялась очередная пара носильщиков. Наклонилась, ухватила, вздернула…
Совсем рядом – коснуться рукой, проплыла вода, вся в ошметках пены...
Левашов на секунду прикрыл глаза, чтобы так не слепило Солнце, застывшее в зените. А когда открыл, над ним склонилась заплаканная Даша:
 - Живой!!!
 - Ага… - прохрипел сержант. – Живой…
 - Уйди, женщина! – проворчал рядом Мухтарыч. – Я ему щас спиртику, на чабреце…
Левашов улыбнулся и снова соскользнул в сон. Он вернулся домой.

______________________________________________________

Понемногу возвращаюсь к своему военно-морскому постапу.

Tags: Графоманство, Пасынки Фанских гор, Пена на волнах
Subscribe

  • К одной из "теплых" псевдолитературных тем нынешнего января

    "- ...Нет, сударыня, на стены вам отнюдь не надо! Вы, звиняйте, хоть и маженка, и огнем пуляетесь, а всё ж девица, а девицам в бой не след! - Вы меня…

  • (no subject)

    КОТИКОЛОВ, КОТОРЫЙ СМОГ "Жил-был на свете Котиколов, который Смог. И вот однажды, глубоко в пределах русских территориальных вод, он плыл к…

  • Про мериносов и рекламу

    Тут ВВГ (широко известный в узких кругах), он же - старшая часть Михаила Гвора статью написал. Думаю, будет небезынтересно. Говорить будем не о…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments