irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

Глава 29. Добрая затея

Бредущего по льду человека заметили загодя. Только-только солнце начало вставать, как замаячила черная точка на горизонте!
Несмотря на лютый холод, хотя бы один человек, всегда на сторожевой вышке присутствовал. Благо, обшитые деревом и утепленные толстым слоем сухих водорослей стены, да тройной ряд закаленных стекол - в Груманте, даже не в Любече по весу серебра брали, накинув за каждую ладонь площади по пол-гроша - неплохо противостояли что порывам ветра, что морозу.
Дозорный взялся за шнур, ведущий к колокольчику внизу, дернул несколько раз условленным сигналом. Вскоре, по лестнице, тяжело дыша от быстрого бега, кое-как заполз Дирк, отчаянно воняя свежим перегаром - вчерашние вечерние мирные посиделки как-то сами собой перешли в ожесточенную пьянку до утра. И Уд, хоть и похмелялся, в себя до конца не пришел.
- Чего трезвонишь? - спросил бургомистр, отдышавшись.
Круат молча ткнул варежкой в сторону пятнышка, ставшего побольше - если напрячь глаза, можно было разглядеть, что сие именно человек, а не испачкавшийся в грязи умка, по местному, по-уначьи: Большой Белый.
- Идет и пусть себе идет.
Круат стащил зубами варежку с правой руки, постучал костяшками пальцев по лбу командира, снова указал в окно.
- Лучше бы тебе голову целиком отрезали, - проворчал Уд, присматриваясь. - А то как что срочное, сиди, гадай!
Безъязыкий наемник ухмыльнулся, показал на человека на льду, потом на себя. Делано закачался, будто пьяный или оглушенный.
- Поближе подойдет, посмотрим, что с ним, - ответил Дирк на представление. - Прости, это ты у нас блохе в жопу заглянуть можешь, у меня глаза послабше. Давай, бди, - ткнул Краута кулаком в плечо, - я вниз. Раз ты ссышься, съездить надо, поглядеть, кого там нелегкая принесла. И да, за службу благодарю, молодец!
Краут покивал, снова прильнул к окну.
Ссыпавшийся с лестницы Шнайдер, кивнул стоящему у вышки Кролищу:
- Готовь упряжку с учагами, скататься надо.
- На кой хер?
- К нам унак идет.
- И чо? Сам дойдет.
- Через плечо, блядь! Краут сказал, что раненый или больной.
- Наше-то какое дело?
- Кроль, щас в глаз дам!
- Не, в глаз не надо, я быстро!
Кролище, действительно, побежал Быстро не получалось, валенки скользили на утоптанном до полной гладкости снегу, но побежал же!
Дирк проводил его подпихивающим взглядом, двинулся к воротам, по дороге прикидывая, что могло такого случиться, что заставило бы человека переться пешком через залив в такую погоду? Ногу подвернул, и все, считай, замерз!
Выходило, что каких-либо причин не придумывалось. От этого становилось несколько знобливо...
Застоявшиеся учаги прямо таки летели по снегу. За всю дорогу Дирк к тюру (читателям данный предмет больше известен как хорей) и не прикоснулся. Легкую нарту аж подкидывало на неровностях. Уд настороженно вглядывался вперед.
Когда до него оставалось ярдов двести, унак, словно почуяв, что помощь близка, вдруг упал лицом вперед, раскинув руки.
- Твою мать, - только и выдохнул Дирк. Не хватало, чтобы помер так не вовремя! - Кантуй теперь тебя, суку!
Подкатив к телу, наемник соскочил с нарты, кинулся к лежащему. Перевернул на спину, попытался прислушаться. За фырканьем оленей, недовольным внезапной остановкой, дыхания слышно не было. Уд сунул руку под капюшон. Под пальцами тоненько билась жилка.
- Живой, сука! - обрадовался Шнайдер. Ухватив бесчувственное тело, взгромоздил на нарту. Подивился легкости - легче барашка-то, унак! Молодой или больной? Ладно, в тепле глянем!
Притянув находку к нарте тремя ремнями - слетит на ухабе или повороте, ищи потом по сугробам, еще и башку расколотит - неудобно получится!
Дирка, разумеется, в Нугре ждали, заранее подготовив все, что надо для спасения замерзающего. “Найденыша” отвязали, занесли в дом, уложили на стол. Кролище, плюнув на завязки и клеванты, схватился за нож. Раз, два, и остатки камлейки и штанов полетели в угол. Наемник вытащил из под-стола бутыль, начал растирать мальца. Ощутимо потянуло запахом лета. И немного алкоголем.
- Новые подарим, чо!
- Если выживет, - сметая веником снег с сапог, проговорил Уд, стоя в дверях.
Тут в спину толкнуло холодом.
- Ты жопу-то подвинь, а?
Уд посторонился, зацепился за половик, его повело в сторону - пришлось хвататься за стояк, роняя веник. В дом вплыла могучая черная борода. Нет, даже бородища! Следом за бородищей вошел Отец Руис. В тулупе, в шапке-ушанке, с топором, заткнутым за широкий пояс.
- Что тут у нас? Унака, говорят, нашли?
Кролище оглянулся, махнул священнику:
- Ага, уначенка Дирк из снегу выкопал. Лет десять-двенадцать. Пальцы поморозил, с лицом нехорошо, но жить будет. И даже девки убегать не будут.
- Ну то хорошо, что будет!
Руис начал разоблачаться, расстегивая тугие пуговицы на тулупе:
- Ух, и натопили-то, а?
- Так с тем расчетом, что народ будет туда-сюда шлендрать, да выстудит к херам.
- Верный расчет-то, - огладил бороду священник. - Малой-то в беспамятстве, как понимаю?
- Ну! - подтвердил Дирк. - Как башкой в сугроб кувыркнулся, так и лежит, сопит.
- Как очнется-то, спросите, что да как, отчего бежал, куда бежал?..
- Палонгу! - завопил вдруг малец. Забился, начал размахивать руками. Распахнул в ужасе глаза. - Убили! Всех убили! Людоеду сказать! Батьке Руису сказать! Палонгу!
Кролище, которого паренек случайно заехал в бок, кинулся было к нему, чтобы схватить за ноги.
- Не трожь, - остановил Руис, - хуже будет. Связки-то порвет.
- Следим, чтоб со стола не ебнулся, - скомандовал Дирк и встал со стороны головы.
Уначенок захлебнулся было криком, замолчал на миг, но снова заблажил:
- Нюча как горбуши в стае! На Гусиный палонгу пришли! Всех убили! Палонгу! Нугра! Нугра! Тупилак пришел!
Прокричав-прохрипев последние слова, парень резко замолк, словно заткнули его. Выдохнул и растянулся на столе, как покойник.
- Тупилак, говоришь? - сам у себя спросил Руис. - Парня-то, - обернулся он к остальным, - Келин зовут. А батьку-то его, Икилаком кличут. Ко мне на учебу приезжал, о прошлом годе-то. Икилак старшует-то, на Гусином.
Дверь снова распахнулась, и в дом, пригибаясь, дабы не впечататься лбом в балку, вошел Керф.
- Что за крики, и без драки?
Уставился на лежащего, перевел взгляд на молчащих наемников и священника.
- Чот я как-то прям слишком вовремя. Драка, как понимаю, впереди?
- Она самая. Палонгу на Гусиный наскочили, - пояснил Уд. - И, похоже, раз только малец выскочил, от мужиков унацких, только он и уцелел. Но раз тупилаков привели, оно и понятно.
- Палонгу? - переспросил Керф. Что-то он этакое слышал, но там разговор шел про духов, зловредных до невозможности. У духов были странные головы, вытянутые будто луковицы, на ладонях всего по два пальца, и странная тяга к воровству детей. Хотя, что странного? Дети помягче будут.
Кролище повернулся к мечнику, оскалился.
- Злодеи уначьи. Ворюги, убивцы. По всему Архипелагу бродят, везде гадят.
- Нет, чтобы в Нугру-то прийти, - проворчал Руис, - их бы тут на службу-то взяли! Самое место! Любят-то тут таких!
Керф остановил священника, подняв руку, - не до ругани, друг Руис, обожди! Потом ругаться будем.
- Ну так и говорю, что бродят по всем островам. Там охотника зарежут, там девок поймают, заебут, да кончат, там сети выпотрошат.
- А вы чего? - с прищуром уставился Керф на Уда и Руиса. Шнайдер отвел взгляд, произнес в сторону:
- А мы что? Островов много, нас мало. Как добычное время, так мы другим заняты.
- Дозанимались, - поморщился Керф, - до того, что податное население режут. Ладно, с этим прояснили. Тупилаки кто такие? Рыжий как-то заикался, но то давно было.
- Тупилак, суть монстра страхолюдная, из давних легенд и сказов народов, света Пантократового не видевших! Куслива, лапами дрыглива, крыльями легка, в бою люта! На землю приходит путем ритуала премерзкого, суть коего раскрыта будет в томе следующем, яко на то воля Панктократова будет!
- Ты вот сейчас по памяти свиток читал? - с подозрением уставился на священника Керф.
Тот стыдливо кивнул.
- Тьфу на тебя, уньршк бородатый, - ругнулся мечник. - А что-то, не из учебника сказать можешь?
- Я могу, - сунулся незаметно проникший в дом Людоед. И дверь не хлопала, и сквозняка не было? Сквозь стену прошел или в трубу печную протиснулся?
- Может, - подтвердил Шнайдер. - По старой памяти...
Отец Руси кивнул, перекрестился, и начал помогать Кролищу, перевернувшему уначенка на живот. Уд, оглянувшись, выскочил во двор - время терять не стоило. Понятно, что деревню на Гусином не спасти. Но и прощать никак нельзя. И не поймут, и не по-людски выйдет.
- И?
- Что “и?”
- Что это за тварь такая?
Людоед пожал плечами.
- Сам не встречал, но умных людев слушал. Каждый тупилак, он сам по себе. Похожих нет. Какую дохлятину шаман найдет, от той и пляшет. Найдет моржа, тупилак плавать будет. Найдет медведя - по земле бегать. Найдет и моржа, и медведя, и орла - тупилак будет по земле бегать, в море плавать, еще и в небе летать. Рога оленьи пришьет, к лапам когти железные... Труп этот выебет, имя даст, и все, готов тупилак!
Керф затейливо и длинно выругался.
- То есть, может и башку человечью пришить?
- Может, - снова пожал плечами Людоед. - Но так не делает никто.
- Почему? Зубы слабые?
- Не, папкой зовет.
Мечник заухал словно филин, радуясь хорошей доброй шутке.
- А эту тварь убить как?
- А кто бы знал? Она и так мертвая. Одни говорят, что шамана надо мордой в снег класть, вторые - что тупилака в куски рубить, третьи... - Людоед замолчал, то ли вспоминая, то ли подбирая слова.
- А третьих тупилаки съели? - предположил Керф.
- Не, - отмахнулся наемник. - Третьи говорят, что тупилака самому трахнуть надо.
- В дыхало? - уточнил, любящий четкость мечник, сразу начавший прикидывать, кому бы доверить опробовать столь необычный метод. Жаль, Бьярн далеко!
- Куда сунешь, - ухмыльнулся Людоед. - Но я думаю, кто никто точно и не знает. Так, языками треплются.
- Вот и попробуем, друг Людоед! Думаю, хорошего меча, эти суки-то и не пробовали!
- Попробуем, друг Керф! Есть у меня задумка одна, с посеребренными кромками!
- Не прибьем, так хоть отпиздим-то! - посветлел лицом Отец Руис. - Хорошая затея-то, добрая! Но, чур, ежель в дыхало, то не я! Сан не позволяет.

*****

Лигах в десяти, на склоне сопки, шаман вдруг почуял, что ему как-то не по себе. Заозирался, выискивая врага. Никого! Но было же что-то! Шаман снова оглянулся, прислушался... Нет, не скрипит снег под ногами, не потрескивает дерево натянутого лука.
Заворочались холодные туши тупилаков. Дети тоже что-то почуяли. Тут же их тела пронзила короткая судорога. Шаман вытер пот. Просто икают. Наверное, несвежего унака съели!

Tags: Высокие отношения
Subscribe

Posts from This Journal “Высокие отношения” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments

Posts from This Journal “Высокие отношения” Tag