irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Category:

Глава 25. Унакский переворот

Лукас помотал головой, потер больные глаза. Что ж, надо всенепременно внести в список ящик хороших восковых свечей! Жирники и лучинки, это, конечно, весьма выгодно, но зрение дороже. Не хватало еще ослепнуть, горбатясь на далекого рыцаря, который нежится в теплом, не продуваемом всеми ветрами сортире! А то разбирай тут полуграмотные каракули! И пергаменту надо бы несколько стопок! И перьев.. Хотя, нет, перья вычеркнуть! Уж с чем тут хорошо, так это с гусями! Щипай - не хочу! Хоть из крыльев, хоть из хвостов
Изморозь задвинул жутко скрипучий ящик стола - с деревом тоже тут все хорошо, с мастерами паршиво. Нет склонности к изящной работе, везде норовят такое соорудить, чтобы с их скамейкой можно было на медведя идти. Откинулся на спинку стула, обтянутую для тепла оленьей шкурой. Подул на замерзающие пальцы - вроде и стены надежно законопачены, и печь жарко горит, а все равно холодно. Пронзает лучше точеного шила! Вода по утрам в лужах звонко хрустит, а в океане потихоньку покрывается тонким слоем “ледяного сала”. Не опоздать бы! А то не хотелось бы вмерзнуть в лед и несколько лет носиться посреди айсберга, изображая призрак из старых морских легенд.
Плыть в Любеч решили давно. Все откладывали. Хотя надобность с каждым днем становилась все заметнее и заметнее. Но не получалось резко все бросить и отплыть.
Оно ведь как бывает? Сперва надо сделать одно, затем другое, третье... И все такое нужное! И с Кастором порешать бы, и незаконную порубку пресечь. И к зимовке подготовиться, набить тюленей, пока не ушли к материку.
Потом разобраться с хитроумным учетом трофеев - чтобы и наниматель сообразил, что таким героям можно плату бы и увеличить, и не менее героическим сослуживцам-старожилам поперек дороги не вылезти, да и всех вышеуказанных не обделить!
Впрочем, когда деваться некуда, то никуда и не денешься. Садишься и разбираешься. Срываешь глотку, разбиваешь кулаки, с ног до головы оказываешься в синих пятнах и с подбитым глазом - а не кидай с перепугу, чернильницы в ночные тени, не кидай! Это ведь не черт может оказаться - по местному, по-уначьи - унрьшк, а вовсе даже боевой товарищ, вставший среди ночи до ветру. Одно хорошо, льда вокруг много, есть что прикладывать!
Лукас сорвал глотку, и заработал, кроме подбитого глаза и разбитых рук, еще и пару дюжин седых волос... А сверх того - полдюжины отменных собольих шкур, два десятка котиковых, дюжину каланьих и одну медвежью. Лисьих же и беличьих - тех вообще без счету - где-то пару, плотно набитых “зерновых” мешков. А также, небольшой, но весьма увесистый кожаный мешочек, в котором влажно блестело несколько самородков, самый маленький из которых тянул на весах на четыре “наконечника”... Мешочек опытный студент спрятал как можно дальше - компании-то он верил. Но еще прекрасно знал, кто когда доходит до золота, любая дружба идет трещинами.
Изморозь криво улыбнулся - в одном их не обманули - заработок по материковым меркам был превосходен. Если сравнивать с компанией наемников, то выходило как раз один к одному: один Лукас - одна компания с парой рыцарей и дюжиной сержантов. Хороший расклад! Даже отличный!
Жаль, судьба выдала его не просто так! Изморозь поежился, почесал пером свежий шрам, тянущийся через лоб наискосок. Глупая история вышла! Еще немного, и они с Керфом прекрасно смотрелись бы рядышком - одни без ушей, второй - без глаза. Без одного - потому что еще молодой, не дорос! Но все впереди...
Настырный браконьер не хотел сдаваться - понятное дело, в общем! Не в каждом столько альтруизма, чтобы кормить собою полярную креветку, будучи утопленным заживо. Подходящих камней тут хватало, ремешков и веревочек не жалели. Слухи о без меры решительных методах и крайне творческом подходе компании разошлись по Архипелагу даже быстрее, чем хотелось. Но нежелание злодея сдаваться простиралось настолько далеко, что даже с двумя стрелами в груди, он не хотел помирать, а схватился за какой-то кривой багор на сучковатом древке... Нахватавшийся основ фехтования Лукас, разумеется, негодяя одолел и зарезал. Но сломавшееся древко порвало кожу над правым глазом. Еще бы немного, и повторение судьбы некого сиятельного рыцаря, чтоб его черви медленно ели!
К счету, кроме шрама, добавлялись вспухшие суставы, несколько обморожений и надсадный кашель, после одной из ночевок в море. Про больной желудок и вспоминать не хотелось! С другой стороны, если питаться только мясом с рыбой, хлебом и сивухой, то чего следовало ожидать? Вот-вот!.. Возможно, следовало бы присмотреться к моченым ягодам повнимательнее, но от их кислоты сводило не только зубы, но и уши.
Капитан по перу снова проскрипел крышкой ящика, вынув список. Вписав несколько свежих позиций, присыпал мелким песочком, отложил пергамент на край стола. Не забыть отдать Керфу! А то так и уйдет завтра в море, не получив письменных ценных указаний. И накупит вместо нужного и полезного, только крепкое и жидкое! Непорядок и безобразие!
Лукас примерился к чернильнице - требовалось заполнить еще полдюжины листов. За окном раздались громкие голоса. Лукас плюнул в угол, отложил перо - спешить некуда. К тому же, “дырки” в отчетности всегда можно списать на происки браконьеров. Подучили, мол, премерзкие, предерзких песцов и прочих северных зверюшек! Они и отчеты сгрызли, и половину мехов утащили. Вот какие негодяи, как их только Архипелаг терпит, не проваливается в волны?!
Посмеявшись, Лукас выбрался из-за стола. С трудом разогнулся. Да уж! Давненько он не брал в руки писчие принадлежности так надолго! Думал, вообще отвык. Все больше нож, арбалет, весло с веревкой!
Пройдясь по тесной комнатке, Изморозь поежился. Пока сидел, вроде бы пригрелся. Влез в толстый шерстяной свитер крупной вязки, с высоким, под самое горло воротником. Набросил на плечи тулуп - по спине тянулся наскоро зашитая дырка - зацепился за гвоздь, лазая в сарае. Натянул шапку поглубже - отмороженные уши начинали зверски болеть при резком перепаде тепла/холода, всунул ноги в бесформенные меховые сапоги-бурки и вышел на улицу.
Со стороны причала раздавались истошные вопли. Похоже, кого-то там топили. Лукас удивился - две недели никаких рейдов, в Нугре безвылазно. Те четыре заложника-аманата, которые в городке живут, ведут себя тише мышей - кого в воду-то окунать? Снова поежившись, Изморозь решительно направился на крики.
Все оказалось куда проще! Керф с Братьями, с веслами наперевес, сидели в каяках у причала, на котором толпились местные, во главе с Людоедом и Дирком. И отрабатывали “унакский переворот”. В воде, покрытой шугой, по которой уже плавали “блины” первого настоящего льда! Своевременно, что и говорить!
Лукаса передернуло так, что аж зубами клацнул. Страшные люди!
Керф в этот момент, перевернул лодку килем кверху. Но, вместо того, чтобы рывком весла, помноженного на движение корпуса, перевернуться обратно, мечник о чем-то задумался - только пузыри воздуха начали подниматься из-под каяка, с трудом пробираясь сквозь вязкую шугу.
- Пиздец безухому! Ура! - возопил Кролище, зайдясь в каком-то диком танце радости и довольства. - Чур, я его сапоги забираю!
Но тут же каяк дернулся, медленно перевернулся в обычное положение и из морских пучин показалась голова капитана по мечу - красная рожа с выпученными глазами.
- Да ну нахуй... - выдохнул Керф, - что вас, что ваши перевороты!
И быстрыми гребками погнал каяк к берегу, благо до него и пары десятков ярдов не было. Вскоре киль процарапал по гальке. Мечник рванул “юбку”, вывалился из лодки и метнулся в избу, чуть не стоптав замешкавшегося Лукаса.
Студент покачал головой и пошел за командиром. Надо было уточнить, живой он вообще или нет. Ну и список отдать!

*****

- А я тут причем? - искренне удивился Керф, вытираясь полотенцем из куска парусины. - Выдумал, тоже! Не, друг Лукас! Кто капитан по перу, тот такие вопросы и решает! Тот с рыцарями трет, тот о деньгах говорит! Вот если браконьеров каких за жопие ухватить, это мы завсегда с радостью! А вот с рыцарями лаятся... Да и опыта у тебя больше! Что чернильного, что супротирыцарского. Или спорить будешь?
Насчет супротиврыцарского опыта Лукас спорить не решился. Все видели, все подтвердят...
- Ну ты и мудак, друг Керф! - выдохнул Изморозь. - Кидаешь меня под копыта, так сказать! Без малейшей жалости!
- Тем и горжусь! Безжалостностью и решительностью! - подтвердил мечник, скалясь. - А ты чего смурной-то такой? На кораблике покатаешься, с умными людьми винища похлябаешь большими кружками. В бордель, опять же, сходишь. Не все ж Бьярну-то уподобляться, сурово пыхтя.
Разумеется, несколько весьма убедительных доводов, способных противостоять логике товарища, у Лукаса нашлись. Разумеется позже, чем необходимо. Намного позже! Когда трюмы были заполнены, а якоря выбраны, в голове родились первые тезисы. Когда Архипелаг остался далеко за спиною, тезисы были отполированы до блеска...
Почти ненагруженный “Лахтак” - меха объемны, но весят мало - легко скользил по воде. Острова становились все дальше, Любеч все ближе.
Поэтому все блестящее Изморозь благополучно выбросил из головы - корить себя, пережевывая раз за разом - какой прок? А мысли можно занять и чем-то поприятнее - например, выбирая в какой бордель сходить первым. Надо же вознаграждать себя за тяготы и лишения северной службы!
Tags: Высокие отношения
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments