irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

Высокие отношения. Глава 21. Монета на дне

- Это кто такие?
Сухой палец отца Вертекса, украшенный чернильным пятном, указал на пленников, коих притащили на монастырский двор и кинули на истертые плиты, покрытые трещинами, и «украшенные» пробивающейся в швах травой.
- Людоловы, отец Вертекс! – громко и четко ответил брат Муло – многолетние привычки выветриваются с трудом. Солдатские - еще кое-как. Но если человек, до принятия в себя Пантократора служил в городской страже… О, проще вылечить от косоглазия, чем избавить от налипших повадок. – Пойманы на месте преступления! С поличным!
- Людоловы… - с сомнением протянул настоятель, внимательно рассматривая троицу. Та еще компания! Встретишь таких в темном переулке, задумаешься, то ли бежать от них, то ли, наоборот, проявить милосердие…
Избитый светловолосый парень. Давно не бритый, со свежее-сломанным окровавленным носом и расплывающимся на лице огромным синяком. Последнее время явно постившийся и многое переживший. Бледная как труп девица с тускло-голубыми крашеными волосами. Ее колотит лихорадочная дрожь. Обветренные потрескавшиеся от внутреннего жара губы, ввалившиеся глаза… Связали без жалости, спутали веревками будто колбасы, рты позатыкали тряпками. Еще бы накинули на шеи петли, привязав к загнутым за спину ногам!
Да уж! Всенощная? Или две? Как-то очень уж раздухарились молодцы, забыв, что если ты решил уйти от мирского, то прыгать туда-сюда – поступок крайне недостойный.
На разбойника-людолова была похожа разве что третья из пойманных. Высокая, узкоплечая, но крепкая девица. Тоже грязная, будто свинья – ну то не грех, при такой-то погоде. Вроде бы рыжая, но разобрать можно лишь сунув под желоб сливной трубы. Глаза яростные, как у тигуара…
Отец Вертекс с удивлением почувствовал, как внутри ворочается очень давно, и, казалось, надежно забытое… Нет!
Брат Муло принял внимательный взгляд за приказ. Подхватил яростную девицу под связанные локти. Тут же зашипел, чудом пропустив удар головой мимо носа. Ударил свободной рукой девицу в затылок. Та повисла безвольно, потеряв сознание.
- Она брату Карнеро отбила все печенки! А брату Ланцотти – сломала обе руки!
- И поделом, - хмыкнул подошедший брат Келпи. Привратник встал сбоку от настоятеля, упер руки в бока, – Меньше будет марать пергамент своими бреднями! Все чернила извел, паскудник!
Отец Вертекс тяжело вздохнул. Погрозил привратнику – но не всерьез. Брату Ланцотти, по справедливости, давным-давно надо было руки переломать, что уж тут. А то все пишет и пишет, подворовывая пергамент из библиотеки. Выдумал же несусветное - сочиняет о похождениях самого себя, перенесшегося на множество лет назад, и попадающего то в Старого Императора, то в его генералов! И, как Келпи пронюхал – даже в наложниц Старого Императора! Подвиги во имя веры и Империи, всех врагов безжалостною рукою к порядку… Умывался бы хоть раз в день, а то в спасители Отечества метит…
Настоятель снова вздохнул:
- Рассказывайте, что стряслось.
- И без сказок про тьмочисленные полчища людоловов, коих вы побивали! - тут же, несколько не тактично влез брат Келпи.
Муло, очевидно, с этого и собиравшийся начать свой рассказ, поперхнулся.
- Девушку положи на пол, и рассказывай. Брат Келпи постарается тебя не перебивать даже в малости. Ведь постарается?
- Если забрехиваться не начнет, - тихонько буркнул привратник.
Брат Муло положил беспамятную рыжую на пол – к ней тут же, огромным червяком пополз парень, расшибая коленки о торчащие края плит. Настоятель поднял ладонь, останавливая пинок.
- Не стоит. Забота о ближнем в крови даже у самых последних отбросов. Ну так что?
- Люди прибежали, - начал Муло, косясь на злоязыкого Келпи. – Наши люди, из Кампи. Ну тогда, позавчера еще, да.
- Я помню, что произошло позавчера, - терпеливо произнес настоятель. – И именно по моему приказу, вы отправились выяснить на месте, сколь велики грехи нечестивого рыцаря Руэ.
- Ну да, я же так и говорю, что позавчера! – закивал Муло.
Брат Келпи начал загибать пальцы по одному. На левой руке, на правой… Способ подсказал давным-давно, еще в позапрошлой жизни, мудрый сержант Мигеле Карритавито по прозвищу Мапаче. Мол, возникнет у тебя, друг Келпи, острое и горячее желание оторвать дураку голову, а после руки и ноги, то не спеши! Торопливость хороша только в двух случаях – когда ловишь блох, и когда уестествляешь супружницу командира. А с дураками лучше промедлить. Ибо забьешь козла, а отвечать как за человека! Загни пальцы на руках по очереди, а после – разогни. Как раз успеешь продраться сквозь кровавую мглу, туманящую взор. И из жопы перестанет валить пар, пугающий людей окрест. И поймешь, что лучше нож не доставать, ибо Пантократор и так дурака наказал, нечего об него даже ноги пачкать!
- Ну вот… Позавчера мы в Кампи наведались. Все обсмотрели…
- И узрели хуй! – не выдержал Келпи. Подвел его способ! Очевидно, мудрый сержант не сталкивался с подобными тугодумными кретинами, способными единственную фразу словно клещами из себя вытягивать! Иначе посоветовал бы еще и «ножные» пальцы в ход пускать.
- Брат Келпи! – повернувшись к сквернослову, взъярился отец Вертекс. – Исчезни с глаз моих!
Привратник поступил точно, как настоятель приказал – сделал шаг назад, встав за спиной Вертекса. Тот обернулся, снова вздохнул, но ничего не сказал – знал, что бывший солдат упрям как стадо ослов. Опять же, взор не закрывает – приказ выполнил, не подкопаешься!
- Все обсмотрели в Капми. Ужаснулись ужасам, открывшимся нашим взорам! После чего, оказав посильную помощь страждущим… - на этот раз, уже довольно гладко затоковал Муло, стараясь не глядеть на кислую рожу брата Келпи, - я решил наведаться еще и в Касеррио. Хутор тот всего в полулиге, отчего бы и не наведаться?
- Особливо, когда безотказная Анита ждет… - одними губами произнес зловредный брат Келпи, да будут прокляты его годы!
- Ну и вот, - от смущения Муло сбился. – И в Касеррио, на хуторе, этих… Ну нашли, да.
- Это я уже понял, что они на вас не по дороге напали, и под ноги из кустов не вывалились, - кивнул Вертекст. – Где нашли? И как?
- Они в сарае спали. Нагребли сена какого-то, и спали. У них еще арбалет нашли!
- И хуй! – тихонечко подсказал Келпи, зная, что тугоухий отец Вертекс шепот не разберет. - Которым тебя в детстве по лбу стукнули!
- Да иди ты к бесам, Келпи! – крикнул оскорбленный Муло. – Тебя мать стоя рожала!
- Как дети, как дети, - обхватил руками голову Вертекс, - за какие грехи мне это!?
Пристыженный Келпи приставил палец к губам, мол, понял, осознал, стыдиться, и непременно заткнется.
Муло продолжил.
- Спали рядом с трупами убитыми они! И даже не попытались их похоронить, как поступили бы люди праведные! И арбалет у них! И ножи у всех! И одежка вся бандитская! И вся в крови! С дырками!
- То есть, ты не предположил, что одежду они могли у настоящих людоловов забрать?
- Тем более, тогда, они явные разбойники, раз даже людоловов сумели обобрать! Ишь, как зыркают! Звери!
Голубоволосая девица, тем временем, то ли окончательно замерзнув на ледяном камне, то ли просто сдавшись лихорадке, скрутилась, закатила глаза, засопела чуть слышно – будто мышонок пригревшийся.
Парень, судя по гримасам, отчаянно ругающийся, пытался встать на ноги, но связали его надежно…
- Я бы тоже зыркал, Панктократор свидетель! После такого-то обращения! Неудивительно! Поблагодарите, если они вас не успели проклясть! Этих двоих отнести в кладовку, которая яблочная. Туда же десяток одеял, жаровню с полумешком угля, кувшин воды и пустое ведро. Развязать и оставить. Сразу после обеда – по двойной порции. Я к ним зайду ближе к ночи. Больную девицу – в лазарет. Туда же братьев Карнеро и Ланцотти. Все ясно?
- Зачем развязывать-то? – изумился брат Муло.
- Потому что ты, брат Муло – настоящий осел. А они – обычные путники, которым не повезло дважды. Сперва, когда они наткнулись на разоренный хутор, а после – когда на них наткнулся ты.
На лице светловолосого Вертекс прочитал облегчение. Что ж, парень, чудеса случаются. Хоть и куда реже, чем стоило бы.
И настоящим чудом будет устоять пред натиском сиятельного рыцаря Руэ. С такими-то помощниками и врагов не надо.
А с рыжей надо будет поговорить отдельно. Принести извинения за дурость помощника, оплатить назначенную виру… Предложить пива, с солдатским мерком на дне…
Скоро пригодится каждый боец. Каждый!

*****

Ди с трудом держала прямую спину. Запас прочности кончился. Вышел без остатка. Остался лежать обрезанными локонами на полу. Хотелось упасть, забраться в темное укромное местечко, свернуться в комочек, укрыться с головой и плакать. Долго, до сухих глаз….
Но все только начиналось, и от осознания этого становилось еще труднее.
Спасал Йорж. Глупо шутил, бессмысленно размахивал руками, временами начинал читать свои абсолютно бездарные стихи… Но это отвлекало. И вместо раздражения Ди испытывала благодарность.
Еще выручило то, что до ворот ехать - рукой подать, три лошадиных скока. Когда-то давно, еще до переселения, крепостную стену напротив чистых кварталов разобрали, соорудив ворота. Исключительно для чистой публики. Норовивших протолкаться с возами по короткому пути крестьян гнали взашей. Пинками и подзатыльниками.
Раньше. Как дела обстоят – никто не знал.
- Вот и проверим! – склонился Йорж, горячо дохнул.
- Проверим, - безвольно отозвалась Ди.
Городскую стражу, привычно-угодливую, сменили настороженные наемники с грозными харями и голодными взглядами. Но выпустили без вопросов и малейших намеков на взятку. Острова с самого начала делали вид, что принесли в Сиверу не только бездумные убийства и изнасилования, но и некоторую законность и честность.
Старший кивнул двум бойцам. Те поставили копья у стены, распахнули одну створку.
Сработал дорогой наряд, отсутствие заводных лошадей и уверенный вид. Стража резонно рассудила, что богатая горожанка в сопровождении телохранителя решила выбраться на прогулку. Или по срочным делам…
Ремни, плотно держащие Ди, лопнули, когда они отъехали от города на три сотни ярдов – у приметного кривого дуба. На одной из ветвей болталась длинная цилиндрическая сетка, из которой торчали сухие кости – года четыре назад туда посадили разбойника, решившего промышлять у города.
Женщина обмякла, сгорбилась, выпустила поводья. Начала заваливаться на бок… К счастью, на ту сторону, где ехал Йорж.
Циркач успел поймать Русалку, вернуть в седло.
- Э, женщина, ты чего?! – заглянул перепугано в лицо.
Ди потрясла головой, вытерла испарину обеими руками. Повернулась к Йоржу.
- Прости, прости меня…
- Да вроде не за что прощать, - в недоумении оглянулся циркач, - точно тебе говорю. И вообще, прекращай. Все кончилось.
- Все? – снизу-вверх посмотрела на него Русалка.
- Все, - твердо побежал Йорж. Разумеется, совершенно в этом не уверенный.
Ди молча кивнула. Улыбнулась.


- Птицы… - прошептала Ди внезапно.
- Что «птицы»? - дернулся Йорж. За три дня путешествия он успел привыкнуть к постоянному молчанию спутницы. Это даже перестало раздражать. Почти.
- Птицы кружатся над степью, - указала женщина, махнув рукой. – Там, у горизонта. Видишь?
- Вижу, - присмотрелся Йорж. Действительно, десятка три ворон кружились над одной точкой. То ли ждали своей очереди, то ли внизу кто-то бродил, способный отпугнуть жадных и голодных падальщиков.
- Глянем?
- Зачем!?
- А вдруг кто живой есть?..
Не сказать, что циркач хорошо знал хозяйку борделя до нынешней осени. Да и вообще, они познакомились с год назад, от силы. Произошедшее в «Якоре» ее сильно изменило. Йорж искренне надеялся, что только согнуло, но не сломало.
- Ну кто там живой может быть. Там корова дохлая, или овца какая-нибудь, - сомнительно, что отговорка сработает, но вдруг? Так-то, он понимал, что если Ди попросит, то поедут. И он не в силах будет сопротивляться. Такие уж они, женщины, страшные!
- И все же…
- Да поехали, бесы вас всех подери! – неожиданно даже для себя гаркнул Йорж, дернул поводья. Лошадь негодующе заржала, но в траву с дороги съехала.
К месту, над которым вились вороны, путешественники добрались нескоро. Путь преграждали то непролазные заросли можжевельника и ежевики, то ручьи, обрамленные полями грязи, то кидались под ноги распаханные непонятно зачем узкие клинья земли, посреди все те же, вездесущих кустов…
- Что-то мне очень сомнительно, что здесь живые остались, - сморщил нос Йорж.
На обочине лежало три тела. Раздетые до нижнего белья. У одного нет затылка – размозжен крепким ударом. У второго дырка в спине, напротив печени. Кололи чем-то широким, похожим на чинкуэду или короткое копье городской стражи. Как убили третьего - не видно. Но вряд ли он умер от апоплексического удара или от старости. Тоже, наверное, ткнули копьем.
Под трупами натекло немного крови, но убивали их не здесь – видны борозды на тропе, показывающие, откуда их тащили по земле – ну и пятки грязные у всех троих.
От трупов не воняло – свежие, не больше дня пролежали. По нынешнему холоду вонять начнут дней через пять-шесть, не раньше. Птицы поклевали, разумеется, но не особо – не успели еще изуродовать тела. Лица, опять же, внизу. Интересно, если перевернуть, найдутся знакомые?...
- Что с ними… случилось? – спросила Ди, натягивая шарф на нос.
- Убили, - ответил циркач.
- А как?
- Тебе действительно хочется узнать? – удивился Йорж. Странное желание посреди вымерзших холмов, под моросящим дождем.
- Не знаю…
- Блядь, - коротко ругнулся Йорж и слез с коня. Протянул поводья женщине. – Держи крепче.
Циркач прошелся вокруг тел, внимательно глядя по сторонам. Отошел немного. Наткнулся на место, где все и случилось - сломанные ветки, изрытая земля, облетевшая с щита краска…Залез в кусты, громко ругаясь оттуда. Выбрался, ругаясь еще громче. Вернулся к женщине. Та сидела, старательно глядя в сторону.
- Что-то нашел?
- Ну как сказать… - цыкнул зубом Йорж. – Может, нашел, а может и нет…
- Тогда рассказывай!
- Да что там рассказывать, - отмахнулся циркач. – Если я правильно все понял, то отвлекли тех, что ехали в арьергарде, да зарезали.
- Где они ехали? – не поняла хитрое слово Ди.
- Сзади, последними. Зарезали и обобрали до шоссов. Ну и да, одного не зарезали, а просто проломили голову.
- И кто это был? – Русалка нахохлилась – из-под плаща и шарфа только глаза и блестели.
- А хрен их знает, - не стал умничать Йорж. – может, разбойники, может другие солдаты
- То есть, - из-под плаща высунулась рука, указала на трупы, сваленные друг на друга, и даже не прикрытые ветками, - думаешь, что это наемники?
- Очень на то похожи. Тропа вся копытами избита. Руки в мозолях, а значит - привычные к оружию. Опять же, кормились неплохо, ребра не торчат.
Русалку передернуло.
- Йорж, - попросила она, - давай поедем отсюда побыстрее. Я очень боюсь.
Циркач закатил глаза, но ничего не сказал. Боится она! Зачем тогда ехали сюда, раз теперь страшно?! Ведь предупреждал… С другой стороны, сам виноват. Треснул бы в ухо, и все. А с третьей стороны, она столько пережила…
Называя себя придурком и пиздострадальцем, Йорж молча залез в седло.
- И куда мы теперь? - заозиралась Ди.
- В трех лигах отсюда есть монастырь. А в монастыре у меня есть знакомые. По крайней мере, когда-то были.
- Монастырь… - протянула Русалка.
- У тебя есть предложения лучше?!
- Не кричи, - попросила женщина. – У меня вообще нет других предложений. По крайней мере, сейчас. Когда ты ненавидишь и себя, и меня. Притом, за собственные ошибки.
Йорж с трудом удержался, чтобы не ударить.



КПДВ!) Благо, сия парсуна благообразная весьма схожа зраком с Хото Норди, по прозвищу Высота
Tags: Высокие отношения
Subscribe

Posts from This Journal “Высокие отношения” Tag

  • (no subject)

    Маска "влюбленного" эскимоса-алютиик с острова Кадьяк. Разумеется, влюбившийся эскимос, не надевал ее, чтобы стенать под жильем возлюбленной.…

  • О грядущем, зомби и промышленном альпинизме

    Будучи соавтором одной из первых русских книг про постапокалипсис, где фигурируют альпинисты (настоящие, не от халтурщиков, называющих ледоруб…

  • Рецензия на "Высокие отношения"

    Я уже давно их не выкладываю - подумаете еще, что хвастаюсь. Но иногда - просто надо!) "Высокие отношения" - само название будит во мне крепко…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments

Posts from This Journal “Высокие отношения” Tag

  • (no subject)

    Маска "влюбленного" эскимоса-алютиик с острова Кадьяк. Разумеется, влюбившийся эскимос, не надевал ее, чтобы стенать под жильем возлюбленной.…

  • О грядущем, зомби и промышленном альпинизме

    Будучи соавтором одной из первых русских книг про постапокалипсис, где фигурируют альпинисты (настоящие, не от халтурщиков, называющих ледоруб…

  • Рецензия на "Высокие отношения"

    Я уже давно их не выкладываю - подумаете еще, что хвастаюсь. Но иногда - просто надо!) "Высокие отношения" - само название будит во мне крепко…