irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Высокие отношения, Глава 19. Дороги и встречи

«Русалка» никогда не была шумным местом. Даже когда ее строили, как-то все тихо проходило, без драк, происшествий и криков «Раствор - говно! Подсоба охуела!». С севера работники приезжали. Под руководством одного из старых знакомых Ди – отставного загонщика, сменившего профессию на куда более созидательную. Оттого и выстроили быстро, тихо и без долгих переделок.
А уж как достроили, то и вообще тихо-тихо стало. Стекла тройные, стены толстые, еще и коврами завешанные…
Самая развеселая гулянка хмельной компании оставалась для окружающих неслышной и незаметной. Даже прошлогодняя попытка самоубийства незамеченной осталась! Ополоумевший от алкоголя и несчастной любви приказчик, явился в «Русалку», дабы забыть ту самую несчастную любовь. Но способ выбрал дрянной – решил самую похожую заказать. Ну и ошалел от избытка чувств. Первое стекло табуретом расколотил, сквозь второе руками проломился. А на третьем, от потери крови, сознание потерял, от бесчисленных порезов и ударения тем самым табуретом по затылку. А не смей хорошее место смертью своей паскудить, жизни никчемушной лишаться! В лес пойди и удавись.
Он, впрочем, так и сделал чуть позднее. Ведь придя в себя, увидел господина Фуррета, который лично явился, дабы пресечь безобразия на корню, и озаботиться последствиями. Не выдержал бедняга, осуждения в добрых усталых глазах.
Было время!
Сейчас же «Русалка» и вовсе напоминала склеп, безжизненный и опустошенный - разве что древнего чугунного литья на воротах не хватало. И словно проклятый! В обычном склепе, пусть и разграбленном, хотя бы пауки живут. И летучие мыши селятся. Тут же, словно могущественное заклятие выдернуло обитателей, оставив на местах всех их вещи. Нисколько не удивительно было бы найти на кухне чашку чаю. Еще горячую.
Ди прошла по всему борделю, не забыв заглянуть даже в самую маленькую комнатушку. Она прощалась. С каждым кирпичиком, с каждой плашкой паркета…
За ней нею шел Йорж, неодобрительно сопя.
Импульсивного циркача, привыкшего к мгновенным решениям, Ди отлично понимала. Нужно бежать из города! И как можно скорее, не тратя впустую ни единого драгоценного мига.
Но взять и уйти? Просто так? Нет. Нельзя. Да и не получится. Слишком многое вложено в «Русалку». И силы, и время, и даже именем поделилась!
Ди провела ладонью по гладкой стене. Прости, моя хорошая, прости! Но иначе никак. Иначе – снова в грязь. Снова в то болото, из которого так сложно выбираться, и так легко вернуться.
Никому и никогда она не позволит себя оскорблять! Никому и никогда! И ничего не сделать с ценой принципов. Чаще всего, они оказываются слишком дороги.
Коридор привел в ее же комнату. Йорж скользнул следом, притворил дверь. Ди подошла к комоду, выдвинула проскрипевший ящик. Вынула оттуда тяжелые портняжные ножницы, протянула циркачу.
- Обрежь волосы. Мне.
- Все? – изумился непризнанный поэт. За последний день он ни разу не принялся декламировать что-то из своих ужасных стихов. Это даже несколько пугало – не заболел ли, не подменили коварные островные парня?
- Примерно по плечи. Получится выше - не страшно. – Ди провела большим пальцем воображаемую линию, на некотором расстоянии от волос. – Как-то так. Понял?
- Разумеется! – Йорж прищелкнул ножницами вхолостую, примеряясь.
- Рука дрогнет, не страшно. Голову только не отстриги.
Йорж на мрачную шутку не ответил. Спохватившись, Ди уточнила:
- Не касайся только! А если заденешь, то не облизывай. Потом смоем крепким!
- О, бедный Юрг! – вдруг фальшиво-сочуственно взвыл Йорж, - я знал его!
Впрочем, на этом циркач закончил, и продолжать не стал. Весьма благоразумный поступок!
Йорж покачал головой, и молча раскрыл ножницы…
Лезвия срезали волосы с неприятным хрустом. Словно кто-то вел тупой бритвой по коже, и она лопалась…
Ди передернуло.
Циркач тут же отдернул руку.
- Все хорошо? Не задел?
- Нет, все в порядке. Прости. Задумалась… Продолжай, пожалуйста!
- Как скажешь…
Йорж закончил, оглядел свою работу с сомнением.
Ди посмотрела на себя в зеркало. Девчонка с криво обстриженной головой и перепуганными глазами.
- Прости… - Циркач щелкнул ножницами. – Первый раз таким занимался. Веришь, даже овец не стриг ни разу.
- Верю, - кивнула Русалка. – После овец хоть какой-то опыт с женщинами появляется. Но не расстраивайся, - погладила она осунувшегося парня акробата по плечу, - я верю, что ты старался. Дай их мне, пожалуйста, - протянула она руку. Йорж вложил ножницы в ладонь.
Русалка, взяв за кольца тремя пальцами, ударила лезвием в зеркало, словно стилетом. Осколки брызнули, разлетелись, утонули в высоком ворсе пушистого ковра. Перехватив за лезвия, ударила с размаху, добивая уцелевшие куски по краям.
- Не хочу ее видеть. Она слишком боится саму себя, и того, что ждет впереди, - швырнула импровизированное оружие на кровать, отвернулась.
- Не увидишь, - пообещал Йорж. – Я буду идти перед тобой и бить все зеркала, что попадутся. И все лужи баламутить! Ну пока не привыкнешь, конечно. Или не перестанешь бояться.
Ди внимательно посмотрела на циркача.
Тот ответил взглядом с неприкрытым вызовом.
- Ну и дурак, - покачала головой Русалка. – И надо оно тебе?
- Здесь и сейчас, кажется что надо, - пожал плечами Йорж. – Что будет завтра, то будет завтра.
- Удивительное благоразумие в наше время.
- Стараюсь задавить порывы к верхоглядству…
- Помоги вынести вещи, давитель!
Багажа оказалось удивительно немного – как раз равномерно набить оба вьюка на смирной каурой лошадки, выбранной за тихий нрав и общую неприметность. Ди, хоть и умела ездить верхом, все же предпочитала передвигаться на колесах, ибо искусной наездницей никогда не была.
У циркача с собой вещей и вовсе не оказалось. Все ценное и нужное, тряслось где-то в кибитке, далеко по тракту. Впрочем, Йорж предпочел об этом забыть. Начиналась очередная новая жизнь

*****

Стоило лишь съехать с тракта, и продвигаться к цели (хоть туманной и неизвестной, но все же цели!) стало куда сложнее! Высокая, удивительно колючая трава, скрывающая кочки и камни. Непролазные кусты, которые приходилось обходить по широкой дуге – полезешь напрямую, и штаны порвет, и от задницы лохмотья полетят! А еще – внезапные ручьи, превращающие все вокруг в одно, тоже весьма внезапное болото – оступился, и по колено мокрый и грязный. И невидимые лягушки квакают с явной издевкой в голосе! Хоть пиявок нет, и то хорошо!
Первое время ругались все. Потом, когда перестало хватать дыхания, один лишь Бьярн продолжил сотрясать воздух громоздкими словесными конструкциями!
Как ни странно, но рыцарь до сих пор ни разу не сверзился с седла! Хотя, судя по общей бледности и запавшим глазам, путешествие не доставляло ему ни малейшего удовольствия.
С другой стороны, а кому нравилось-то!? Когда выглянувшее ненадолго солнце сменяется завесой черных от злости туч?! А с неба то сыпется мелкий холодный дождь, то мокрый снег?! В такое время нужно сидеть дома, у очага, с доброй бутылью хорошего кальвадоса или, по крайней мере, с ящиком пива. И за дверь даже носа не казать!
Направление, назначенное дорогой, привело компанию к высокому длинному холму. Этакая гряда водораздела, меж двумя полузатопленными ложбинами.
Бьярн, которому было тяжело слезать без помощи, остался в «седле». Остальные же, оставив на попечение рыцаря вторую лошадь, груженную их жалкими припасами, полезли на холм. Обсушиться, обогреться, а заодно, и осмотреться. Изредка мелькающее солнце ориентироваться позволяло. Но расстояние-то, не узнаешь, сколь на него не пялься!
Выбравшись на верх, со стоном попадали, давая роздых одеревеневшим от усталости ногам – не одну лигу отмахали, и это если по прямой считать, без учета местной земельной кривости!
Отлежавшись – недолго это было, народ все же привычный к хождению, начали шевелиться – не хватало еще замерзнуть насмерть – то-то Бьярн посмеется, узнав!
Рош подобрал валяющуюся толстую ветку с блестящей черно-красной корой – и как сюда вишня-то добралась? Ножом начал снимать слой за слоем мокрую древесину. Бригг, тем временем, резал траву, расчищая небольшой участок под будущий костерок. Добравшись до сухой сердцевины, стражник настрогал невесомых коричневых «паутинок» с ветки, сложил их шалашиком, сунул внутрь кусок рахлохмаченного трута, начал чиркать по огниву…
Глядя на огонек, жадно кусающий стружку, Хото пошевелил пальцами в сапогах. До боли в зубах захотелось разуться, развесить на просушку мокрые портянки на рогульки у костра. А после, завернуться в оделяло, да и задрыхнуть до утра. Желательно, без снов.
Но стоит лишь расслабиться, себя уже не собрать. Расползешься медузой…
Соратники, разобравшись с огнем, начали потрошить мешки, выкладывать на обрывок полотенца остатки снеди… Если не добраться до людей в течение завтрашнего дня, то все, останется только лягушек жрать. Которых нужно еще суметь наловить! Желудок от мысли о прыгающее-скачущих, сам заквакал, весьма протестующее.
Высота перекатился на ноги, чувствуя, как жалобно скрипят суставы. Неуклюже залез на высокий камень, торчащий из земли – то ли древнее надгробье, то ли ветер так прихотливо обтесал, он умеет!
За спиной - захваченная Островами Сивера. Впереди, за россыпью холмов – Ревено. Тоже во власти захватчиков, но куда более страшных! Невидимая зараза безжалостна и неистребима, сколько ведер уксусу не потрать, и хоть весь можжевельник в округе спали.
Соваться туда – чистейшее безумие. Кордоны не зря стоят. Нет, Ревено отменяется безоговорочно.
Хото обратил свой начальственный взор на запад. Где-то там, далеко за горизонтом Таилис. Город с изрядной ежемесячной ярмаркой и множеством высоких домов! Четыре года назад довелось там чудесно поработать. И за основную работу платили без задержек, и побочной много выплыло – за отдельные деньги, разумеется. А уж какие наливки там! В шестипинтовых кувшинах!
Высота прицокнул языком, переступил, стараясь не соскользнуть. Золотые времена были! Даже развод казался чем-то несерьезным и вообще, делом пустяшным! Так оно, в итоге и получилось, но времени на самоедство ушло невообразимо много. И на кой хер, спрашивается?!
Стенолаз выругался вслух, снова переступил затекшими ногами – очень уж узкая площадка на вершинке – обычный человек давно бы уже свалился.
Соратники оглянулись, но спрашивать не стали. Привыкли уже, что командир если и ругается, то сугубо по делу. Ну или Бьярна подъебывает.
Так что, вести компанию в Таилис?.. Иных вариантов-то, и не видно…
Стоять! А это что там у нас такое происходит?
Сильный ветер не давал пробиться ни звукам, ни запахам, оттого Хото и не разглядел происходящее практически под носом - рукой дотянуться можно! Его самого чудом не заметили – от усталости по сторонам не таращились, уткнув взоры в спину впередиедущего.
Высота спиной назад спрыгнул с «надгробья». Стукнулся больной рукой, да еще под локоть попал острый камень…. Неловко кувыркнулся, полудохлой змеей скользнул к жующим стражникам.
- Туши, нахер! Быстро!
Бригг, не спрашивая лишнего, накрыл костерок мешком, на котором сидел. Огонь обиженно зашипел и потух. Разнесся легкий аромат тлеющей мешковины и жареной рыбы.
- Сидите тихо, не высовываясь. Ясно?
Стражники молча кивнули, переглянулись.
- Что там? – прошептал Бригг, оглянувшись.
- Там наш пиздец, если вдруг спалимся, - выдохнул стенолаз. И повторил приказ, - тихо сидите! Вдруг пронесет!
Хото, на четвереньках проскочил чуть дальше, к склону. Начал корчить рожи Бьярну, надеясь, что старик не решит громко уточнять, что происходит
Бьярн, на удивление, оказался догадлив – всегда бы так! Закивал, не проронив ни звука, подогнал пятками лошадку поближе.
- Рассказывай, - произнес, склонившись к гриве.
- Рыцарюги там, - сказал, как сплюнул Высота. – Рыл пятнадцать где-то. С грабежа едут.
- Пьяные… - мечтательно протянул Бьярн, закатив глаза. Седая борода встопорщилась, усы вытянулись стилетами.
- Трезвыми рыцари с грабежа не едут.
- И растянулись по тропе, как глиста?
- А то!
Бьярн хитро прищурился, почесал левую бровь.
- Волк меня заешь, упыреныш! Мы же про одно и тоже думаем, а?
- Кое в чем, старый ты дрыстуняра, мы с тобой, к сожалению похожи.
- А может, к счастью, а?
- Ко всеобщему. Чтобы никто не ушел обиженным!
- Людей вообще обижать нехорошо.
- А рыцарей надо! – подытожил Высота и подмигнул развоевавшемуся Бьярну, забывшему, что боец из него нынче, мягко говоря, как из говна наконечник. Ну то не страшно. На любого вояку найдется хитрая ухватка. А то и конь третий нужен, и вообще, любой рыцарь, это не только ценный доспех, но и две-три горсти ценного металла!

Дальше пойдет с большими паузами. Поменял работу - на новой платят куда больше, но на литературу не остается ни сил, ни времени. Так что, для литературы только выходные остаются.
Tags: Высокие отношения
Subscribe

  • Островной змей

    Такие вот красавцы у нас тут ползают. ЕМНИМ, малочешуйчатый лазающий полоз

  • Вулканы Кунашира

    Тятя Руруй Головнина Менделеева

  • Клык и копыто. Глава 8

    Хоть и говорят убеленные сединами старейшины, что нет в мире справедливости, а все же есть. Точнее, не справедливость, конечно, а нечто вроде…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments

  • Островной змей

    Такие вот красавцы у нас тут ползают. ЕМНИМ, малочешуйчатый лазающий полоз

  • Вулканы Кунашира

    Тятя Руруй Головнина Менделеева

  • Клык и копыто. Глава 8

    Хоть и говорят убеленные сединами старейшины, что нет в мире справедливости, а все же есть. Точнее, не справедливость, конечно, а нечто вроде…