irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Ландскнехты 16

Сразу за очередным поворотом дороги лежал человек, поджав под себя ноги, и впившись пальцами в мягкую землю обочины. Человек был бос, одет в просторные парусиновые штаны, кои часто носят выходцы из земель, окружающих Средиземное море. И в куртку без рукавов, явно с чужого плеча. Или своего, но немилосердно драную. Руки закованы в кандалы, новые, еще блестящие. А еще человек был черен как первородный грех. Ну, может самую малость светлее.
- Мавр? – изумился Швальбе.
- Чему удивляетесь, герр капитан? – буркнул Мирослав, спрыгнув с коня. – Черный лес, черный мавр. Говоря на научный манер – симметрия на лицо.
- А может, покойник... - с некоторой надеждой предположил Гюнтер.
- Не обмочился, - сказал ведьмак. - Значит не мертвый.
Мирослав подошел к телу, хмыкнул с заметным удовлетворением, махнул Гюнтеру рукой:
- Жив.
- Камараден! – приподнялся на стременах Швальбе. – Делаем привал. У вас четверть часа на оправку и прочие бесчинства!
- В кусты не заходить никому, кроме дозорных! - рявкнул раздраженно Гавел, второй сержант отряда, а по факту первый. Ибо Мирослав занимал должность сугубо номинально - исключительно для того, чтобы как-то числиться в ведомостях. - Ссать только с дороги!
Лагерь разбивать не стали, да и негде его было устраивать - кругом тянулась колючая стена кустов, ощетинившихся ветками. Спешились, дав лошадиным спинам краткий отдых, устроили дозоры, расстегнули кобуры, у кого еще на застежках были. Беспамятного негра положили в тенек, то есть прямо на дорогу, обильно сбрызнули водой. Однако проверенное средство на сей раз не подействовало, здесь определенно требовалось что-то посильнее.
Мирослав быстро и умело осмотрел тело, пощупал пульс, поднял веко, оценивая мутный, закатившийся глаз негра. Вытащил засапожный нож, похожий на крысиный хвост, распорол куртку по спинному шву. Хмыкнул, углядев маленькое пятнышко, ближе к левой лопатке. На черной коже оно выделялось бледностью, точно мазнули слегка мелом.
- И как оно? - спросил Гюнтер, сумрачно наблюдая сверху вниз.
- Работа для Бывшего, - ответил Мирослав, не поднимая взгляда. - Наш черномазый друг одурманен, тут нужен лекарь.
- Еще что?
- Избит сильно, но аккуратно. Калечить не хотели. Старых кандальных следов и каторжных отметок не вижу. Побрит недавно и хорошей стальной бритвой. С учетом того, за кем мы гонимся, я бы сказал... - Мирослав поднялся с колен, спрятал нож и потер ладони. - Я бы сказал, что это свободный, которого поймали и хотели продать. Может, полезный мастеровой. Может, должник-беглец. Или выкупной. Ну или испанский гранд из Андалусии. Там иногда мелькают такие вот...
Швальбе кивнул, соглашаясь - выводы Мирослава в целом совпали с его собственными. Поморщился, криво и зло. Поганый Гадючий тракт ему решительно не нравился. И привал на узкой кишке, петлявшей через Черный лес, тоже не нравился, поскольку был предприятием не слишком мудрым. С другой стороны - идти дальше, не выяснив циркумстанции, сиречь обстоятельства, могло выйти еще дороже. Особенно, когда идешь по следам поганцев, что промышляют нечестивыми амулетами. Предполагалось, что обоз будет настигнут и должным образом уестествлен не ранее следующего полудня. А вот оно как обернулось...
Нет, сам по себе чернокожий найденыш, ничего сверхъестественного не представлял. Мало ли какая прихоть злокозненной судьбы может привести в самое сердце германских земель здоровенного мавра. Может, за грибами пошел, да и заблудился. Или от бродячего цирка отстал? Ну или от испанского посольства, что по большому счету, одно и тоже.
И все же...
- Товарищ, камрад, теперь отринь свое знахарство и дай дорогу науке, - высокопарно провозгласил Хьюго Мортенсен, так же известный (по крайней мере, он так хвалился) во всех крупных университетах Европы под прозвищем Бывший.
Мирослав хмыкнул и отступил. Хьюго, похожий на крысюка-переростка, сдвинул набок шляпу с вислыми полями. Поддернул шерстяные перчатки с обрезанными под корень пальцами и с крайне ученым видом поправил круглые очки на самом кончике носа. Одно стеклышко выпало, второе пересекала трещина.
- Опять начнешь по-латинскому заплетать, в лоб дам, - упреждая неизбежное, пообещал Гюнтер.
- Никто нынче не уважает благородное наречие римлян, ибо как сказал... - печально отметил Бывший, морща лоб и щурясь на бледную отметку, что пятнала спину мавра.
- В лоб, - напомнил Швальбе, оборвав на полуслове.
- Как скажешь, - с той же печалью согласился Мортенсен.
- Дай ты ему микстуру, болтун академический, - сердито приказал Мирослав. - Не видишь, в обмороке человек, et veneficii, после отравления.
- Мы пойдем другим путем, - безо всякой досады на окружение, состоящее из пошлых простецов, глухих к Высокой Науке, пожал плечами отрядный медикус, потроша одновременно две кожаных сумы и потрепанный мешок на лямках. Наконец он обнаружил искомое. Увидев бутылочку темно-красного стекла, Швальбе сплюнул и отошел подальше. Вслед за ним потянулись и прочие наблюдатели.
Хьюго кротко улыбнулся и вытащил притертую пробку. Вонь затопила узкую дорогу. Жалобно всхрапнули лошади, затейливо выругались бойцы. Даже невозмутимая Кристина фыркнула и зажала нос платком. Один только мавр остался невозмутим, будто свежий покойник.
- Надо тебя какой-нибудь ведьме в ученики отдать, - рассудил вслух Мирослав. - Алхимик недоделанный.
Лекарь почесал затылок – такого эффекта от проверенного средства он не ждал. Подумал и повторил целительное воздействие, на этот раз щедро плеснув чудо-микстуру прямо в нос мавру. На этот раз эффект не заставил себя ждать. Чернокожий немного ожил, то есть вздрогнул, громоподобно чихнул и обвел всех безумным взглядом налитых кровью глаз.
Гюнтер, которому чернокожие были не в диковинку, отметил еще для себя, что нежданный гость широк костью, однако не жирен. Шапка коротко стриженных волос завивается мелкими кольцами, как и положено, но не жесткой проволокой, как у исконно африканского племени. Нос тоже широко размахнулся крыльями, но опять же не слишком, и к тому же с четко выраженной горбинкой. Мавр, с севера черного континента или действительно, с юга Испании. Тем временем Хьюго, пользуясь слабостью хворого, еще раз, для гарантии, повторил целительную процедуру, вызвав на темном лице гримасу неподдельного ужаса.
- Ты кто? - капитан не стал тратить время на лишние слова. - Как зовут?
Немецкую речь мавр явно понимал. Он моргнул, попытался стереть плечом остатки вонючей микстуры, засопел и ответил довольно складно, хоть и сильно заплетающимся от слабости языком.
- Абрафо.
- Чем зарабатываешь?
Чернокожий быстро приходил в себя, поглядывал по сторонам вполне осмысленно. И похоже не очень боялся отряда. Это уже было интересно, ведь без малого два десятка солдатских рож вгонят в страх кого угодно.
- Оружие делаю, чиню, - ответил Абрафо быстро и четко. Видно, хоть и не боялся, а понимал, что жизнь его сейчас стоит медный грош.
Швальбе извлек из ножен длинную кавалерийскую шпагу с мощным кольцом под большой палец, ткнул под нос негру. Тот уважительно глянул на острие, пересеченное темной нитью трещины.
- Пятого дня рубанул одну ... тварину, - пояснил Швальбе. - Сможешь исправить?
- Нет, это только укоротить и переточить, металл расслоился до стержня клинка, - со знанием дела отозвался мавр, почти без паузы. - Укоротится не больше чем на три пальца, но это надо в хорошей кузне. И я больше по огненному бою.
- О как, - Гюнтер явно заинтересовался еще больше. - И что умеешь?
- Порох мешаю, зерню, для ружей и пушек. Замки чиню, с кремнем и фитилем. Колесцовые тоже могу, но с ним мороки много. Делаю ложи под любую руку, но только делаю, украшать не умею.
- Кристина, дай-ка свой штуцер, - не оборачиваясь протянул руку Швальбе. - А ну глянь, вот мушка стеклянная, клей от старости рассохся, выпадает все время. Укрепить сможешь?
Мавр снова ответил быстро, после очень короткого раздумья:
- На еловую смолу сажать надо, со щепоткой квасцов и подогреть осторожно. Тогда будет как в камне держаться.
- Бодро по-людски говоришь, - вступил в импровизированный допрос Мирослав. - С чего бы?
- Много странствовал. - не оборачиваясь ответил мавр.
- И болтаешь много, - подначил Швальбе. - Прям все как на духу, даже без лучинок в срамных местах.
- Я хочу жить, - вполне откровенно сообщил Абрафо. - Для этого надо быть полезным. Я - полезный.
- А коли мы тебя продадим как знатного оружейника? - прищурился капитан.
- Но продадите-то живого, - слабо усмехнулся мавр.
- Ну ладно, - Гюнтер вмиг согнал с лица кривую усмешку. - А теперь рассказывай с начала, быстро и по делу.

- Господи, Твоя воля... - изумленно проговорил Адам, как обычно слегка отворачиваясь. Бывалый мушкетер, который был родом из крохотного польского местечка Скорупы, привычно оберегал левую, сильно обожженную порохом часть лица. Все остальные промолчали. Только Гюнтер негромко уточнил, склоняясь к самому уху Мирослава:
- Ты такое видел когда-нибудь?
- Такого - нет, - признался ведьмак, потрясенный не менее остальных спутников.
Гадючка тянулась до разбитого дуба, как ей и положено, в тени густых крон, а вот дальше... Вечером, в сумерках и тумане этого видно не было, но сейчас сторонний взор отчетливо наблюдал - сразу за первым же поворотом в лесу открывалась здоровенная плешь. По обе стороны от заброшенного тракта на пару десятков саженей деревьев просто не было. Не спилены, не срублены, а как будто сбриты вровень с редкой и низкой травой, ну может на ладонь повыше. Да и самой травы почти что не было видно - вся она скрывалась под толстым слоем свежих, одуряюще пахучих опилок. Вернее - маленьких щепок.
- Следы обоза, пять телег, десяток конных, - первым опомнился, как обычно, следопыт. - Но здесь они обрываются. И ни обоза, ни тел, ничего. А еще здесь нарубили немало леса, хватит на хороший речной кораблик или средненький флейт. Но волочения тоже не вижу. А ведь стволы куда-то делись. Не растаяли же они в воздухе. Хоть какие-то борозды должны остаться.
- Паволока, выволока... Только одна лишь кровь, - мрачно отметил сержант Гавел. - Много пролилось.
- Крови много, больше чем, от просто покойников, - согласился Мирослав, вертя головой. - Дерн прорезан, часто и много, трава подрезана тоже, ее кромсали ножами как раз там, где все кровью уляпано.
- Тела разделали на части, - догадался Гавел и сплюнул, осеняя себя крестным знамением.
- И утащили... людей и лошадей, а вместе с ними и весь обоз.
- Его что, на части разобрали? - недоуменно спросил Швальбе. - По доскам да гвоздям?
- А похоже на то. Но вот... - Мирослав растерянно почесал лоб, дернул длинный седоватый ус.
Гюнтер тронул поводья, заставил коня отступить на пару шагов, мягко топоча подковами по траве.
- Отойдем-ка назад на милю-другую, там лагерем станем, - приказал он. - Не хочу я здесь к вечеру оказаться, ох, как не хочу... Сдается мне, на сей раз в Дечине ошиблись. И задачка посложнее будет, чем скучная и банальная контрабанда оккультной хрени.
- Или нам очень не повезло, оказаться в пакостном месте в пакостное время.
Tags: Дети Гамельна
Subscribe

  • Хуго Мортенс по прозвищу "Бывший"

    Людская природа весьма прихотлива и разнообразна! И, как бы не хотелось старикам, ворчащим на упадок нравов, разнообразие это простирается и на…

  • Не могу молчать!

    В свете последних тенденций оповещения о новостях, мне, как человеку, столько для него сделавшего, становится обидно за Крысолова. Он-то, в отличие…

  • (no subject)

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments

  • Хуго Мортенс по прозвищу "Бывший"

    Людская природа весьма прихотлива и разнообразна! И, как бы не хотелось старикам, ворчащим на упадок нравов, разнообразие это простирается и на…

  • Не могу молчать!

    В свете последних тенденций оповещения о новостях, мне, как человеку, столько для него сделавшего, становится обидно за Крысолова. Он-то, в отличие…

  • (no subject)