irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

Бочкин. Отелло и Воробей

- Тут на днях собрята областные бандосов наших принимали, - Бочкин, зевнув, взял чашку. Суточное дежурство, вопреки опасениям, проходило спокойно, если не сказать скучно. Никого не отпиздили в кабаке, попутно отработав деньги и телефон, ни у кого не вытащили из машины магнитолу, варварски раскурочив при этом панель, ни у кого не вытащили, забравшись в неосторожно открытую форточку, телевизор.
Объяснений этому было немного. Или осенняя депрессия, сопровождающаяся подавленностью, плаксивостью, нежеланием работать и общаться друзьями или близкими, и даже отсутствием желания заниматься любимым делом, добралась, наконец-то и до заколючинских уркаганов, или, как предполагал Игорь, настало затишье перед бурей, и подучетный контингент замыслил преступление века, дерзкое и опасное. Например, спиздить из местного музея, с выставки «По реке времени» седой волос с жопы сибирского шамана или похитить, неизвестно за каким хуем, страхолюдный, собранный из ненужного говна, экспонат с выставки «Восстание машин».
- По поводу? - спросил следователь Ефимов, хозяин кабинета, где распивала чаи и кофе, лениво трепля языком, следственно-оперативная группа, за исключением эксперта-криминалиста Безногого, заработавшего, еще в охране подпольную кличку «Имущество».
- Да хер бы их знал, - пожал плечами Бочкин. - Они мне, знаешь, не докладывают. Короче, притащили они бандосов, расставили вдоль стены, ну и ждут, когда тех заберут. А время — как раз ППС снимался, и там у них стажер новый, молодой пацан, к бандосам подходит и выдает - «О, здорово пацаны! А вы чо тут?».
Собры аж прихуели от такой наглости, ему - «Слышь, отошел быстро!» А тот, балбес, им - «Не, ну а чо?». Ну, взводник уволок. Успел, пока в бубен не дали.
- Суицидник, - кивнул Ефимов. Стажер же, без формы еще, по гражданке. Эти-то долго не разговаривают. В репу, ласты завернули, мешок на голову и жопой кверху. Они мне, давно, правда, свидетеля доставляли…
- Свидетеля?
- Да там, херня такая получилась, у меня сроки, по материалу горят, одного человека только опросить и все, а он - «Идите нахуй, никуда я не пойду». В этого козла, в общем, все и уперлось. Живет он в ебенях, ехать не на чем - машину не допросишься, а своей нет. На автобусе там часа два пилить, да и чо толку — приедешь, он рогом в землю упрется, и чо с ним делать? Ну, благо, по старой памяти, попросил собров - «Вы мне человечка доставьте. Только, это, он свидетель, не надо его ломать, двери выносить ну и как вы обычно любите. Просто, возьмите за жопу, и вежливо, но настойчиво притащите ко мне, ага?»
Ефимов зевнул, достал пачку и щелкнул зажигалкой.
- Ну и как? - с живым интересом поинтересовался Бочкин, предвкушающий вполне ожидаемый финал. - Доставили?
- А когда они не доставляли? - усмехнулся следак. - Сижу, жду. Заводят они ко мне мужика - жопой кверху, с мешком на голове, весь какой-то мятый. Я им - «Парни, я же просил», они - «А выебываться не будет!». Ну, чо, думаю, ладно, привезли и на том спасибо.
Посадили его, мешок сняли, браслеты расстегнули. Мужик красный как рак, весь трясется, как паралитик, заикается. Я его спрашиваю - «Да что с вами такое-то?». Он и отвечает - «Я дома сидел, кто-то постучал. Я подошел, спросил «Кто там?». И тут дверь, вместе, блядь, с косяком на меня падает! Влетают эти, я уж думал совсем пиздец пришел!»
Я к собрам выхожу, спрашиваю – «Парни, вы чо творите-то?», а они мне - «Слышь, мы пришли, постучали, а он - «Кто там?» Совсем охуел, что ли?! Щас, блядь, узнаешь, кто там!»
- Ааа, красавцы! - заржал Бочкин. - Вообще пацаны не парятся!
- Ну да, - хмыкнул Ефимов. - Они как-то гайцов наших чуть не положили, было дело.
- Это когда?
- Давно уже. Они же вечно на всякой срани непотребной ездят, чтобы внимание не привлекать. Вот их гайцы и попытались тормознуть. Через КПП-то, на въезде в город они без проблем проехали, у них спецпропуск прилеплен был, а гайкам оно не по глазам. Гайцы на посту стоят, видят, какой-то хлам, в говно тонированный мимо едет, они палкой махнули. А те как ехали, так и едут. Гайцы, соответственно, по рации, выдали - «Не остановилась на требование, го номер такой-то…», как обычно, короче. В общем, на Северной, их оттормозить попытались и кто-то, догадался же, выстрелил по колесам. Девятос, естественно останавливается, оттуда вылетают мордоворты в масках, с автоматами и натурально занимают круговую оборону. Они до этого, не то приняли кого-то и была вероятность, что попытаются отбить, не то перевозили кого-то и опять же, нападения ждали. Ну, чо, все стоят, смотрят, соваться-то никому не хочется, хотя и понятно, что хуйня какая-то вышла. Минут через пять где-то, дежурный, по рации, орет - «Быстро все оттуда!»
- А, на ихнем девятосе много кто наебался, и гаишники, и братки. - Игорь покрутил головой, разминаю затекшую шею. - Опаньки, походу работа привалила.
- Бочкин, ты, где шаришься? - старший оперативный Кальмаров, как обычно был раздражен. - Тебе охранцы Воробья твоего задержали!
- Блин, да мне-то он как бы и не упирался никуда, - ответил Бочкин. — Он за нашей группой в розыске, но не мой личный.
- Короче, мне им что сказать? Сюда везти или пусть отпускают?
- А на месте они его завалить не могут? - с надеждой в голосе спросил Игорь. - Не, Василич, честно, заебал этот урод уже!
- Не умничай! - отрезал Кальмаров. - Что охране сказать?
- Да пусть везут. С этим уродом всегда тема найдется.
Вообще, подобных Воробью упырей, по мнению Игоря нужно было не сажать, а стрелять в затылок. И тихо закапывать в клумбы, чтобы ценное биологическое удобрение не пропадало зазря, поскольку никакой другой пользы человечеству они, в принципе, принести не способны.
В случае же с Воробьем, так вообще — как можно относится к спидоносцу, который, зная о своей болячке, трахает малолетних дур, не предохраняясь? И ладно бы страдали только дуры, раздвигающие ноги ввиду полного вагинокапититуса, то есть пиздоголовости. Так ведь они и других заражают, и дети инфицированными родятся! Другое дело, что бодливой корове, Господь, традиционно не дал рогов и портить себе жизнь, стрельнув одного урода, не хотелось…
На этот раз, доставленный к Бочкину Воробей, который и так вел себя борзо, был пьян. И по причине этого, вообще бесстрашен, и отважно хамил сопровождавшим его охранцам.
- Воробей, тебе где так ебало-то разбили? — с интересом спросил Бочкин, глядя на великолепный, на пол-лица, синяк, разбитые губы и многочисленные ссадины, в изобилии украшающие тело. - Говорил ведь тебе - не груби сотрудникам!
- Не, это мы такого уж нашли, - замотал головой сержант.
- Чо вы там, блядь нашли, хуесосы ебаные! - задержанный подал голос. - Бля, мусора, чмошники, ебаные в рот!
- Так, ты бы не пиздел, а? - Бочкин вздохнул. - Щас пойдем, пообщаемся с тобой, ага?
- Слышь, нахуй иди! - Воробей метко плюнул и попал Игорю на ботинок. - Сосите хуй вообще, пидарасы!
- Так, ты походу жить-то совсем не хочешь? - ласково спросил Бочкин.
- Нахуй шел!
- Ясно… - Игорь повернулся к охранцам. - Рапорт написали?
- Ага,- молодой сержант, недавно, как помнил Игорь, пришедший из учебки, протянул бумагу.
Бочкин бегло просмотрел рапорт и вернул сержанту:
- Перепиши. Напиши про телесняки, про то, что с его слов, телесные повреждения он получил в драке с неизвестным ему человеком.
- Зачем? — недоуменно посмотрел на него сержант
- Ну, как зачем? Ты привез человека, у которого разбито все ебло. Так напиши рапорт, где все это указано, чтобы потом вопросов не было. Прямо тут садись и пиши!
- Ладно, - охранец сел за стол и зачирикал ручкой по бумаге.
- Так, дружище, а с тобой мы немного поговорим, - Бочкин повернулся к Сереге. - Неделю назад, примерно, в вашем районе, мужика отметелили. Телефон забрали, деньги и паспорт. Я не говорю, что это, непременно, ты. Но ты, сука, явно знаешь, кто и что. Ну и?
- Иди нахуй, мусорила ебаный!
- Ну ладно, чо, подождем, - Бочкин повернулся к сержанту. — Ты скоро?
- Все, дописываю, - бодро ответил тот. - На, держи!
- Угу, - Игорь просмотрел рапорт.- Ну вот, другое дело!
Бережно положив бумагу в папку, лейтенант подошел к Воробью и выдернул из-под него стул.
- Э, ты чо бля! - заорал Воробей. – Чо, охуел?!
Перехватив стул поудобней, Игорь с размаха ударил им Серегу.
- Ааа, блядь!
- Игорь, ты чо делаешь? - сержант смотрел на Бочкина ошалевшими глазами.
- Воспитываю, чо, - злобно отозвался лейтенант. - Заебал он уже, дальше некуда! Да ты не переживай, телесняки ему нанес ранее неизвестный гражданин, с которым он подрался, ты его таким нашел, я его таким принял у тебя.
- А если он заяву напишет? – продолжал сомневаться сержант.
- Ну, сходишь в прокуратуру, повторишь все то, что написал, - Бочкин снова перетянул задержанного стулом. - Куда, блядь, пополз?
В дверь постучали и показалась голова старшины Каменева, невысокого, лысого и усатого человеконенавистника.
- Воробей, надо же, а! - обрадовано воскликнул старшина. - Ну, чо, на кого ты там в прокуратуру, в прошлый раз жаловался-то, а? Так я сходил, отписался, нервы потратил свои, ага…
Каменев подошел к Воробью, ухватил за горло. Серега захрипел и задергал ногами, пытаясь уползти в угол.
- Так я, собственно к чему, - старшина смотрел задержанному в глаза. - Мне следователь, знаешь, чо сказал - «Да заебал он, вы его по-тихому придушите, да прикопайте в лесу!»
Каменев отшвырнул Воробья в угол.
- Ну, чо с тобой сделать? - старшина нависал над Серегой. - Задушить тебя, пидораса, или просто обоссать всего, а? Выбирай!
- Ааа, не надо, пожалуйста! — зарыдал Воробей.
- Дядя Дима, погоди, не убивай его пока, - мягко вклинился Бочкин. - Я, если ты вдруг забыл, интересовался насчет того, кто же у вас на районе дяденьку отпиздил.
- Слышь, пидор, я через полчаса вернусь, не дай бог говорить не начнешь, пиздец тебе! - прорычал Каменев, выходя из кабинета.
Через полчаса у Бочкина закончилась бумага. Пришлось просить у соседей из дознания… А через полтора он аккуратно сложил пачку листов в папку.
- Ну чо, Иуда — ободряюще похлопал он по спине Серегу. — Сильно-то не теряйся, я позвоню, зайдешь за серебряниками.
- Чо? - Воробей испуганно посмотрел на опера. – За чем зайти?
- За серебряниками! - Игорь сел на краешек стола. - Да не морщи ты жопу, сам понимаешь, лучше стучать, чем перестукиваться. Все, свободен! Хотя, нет, постой…
- Что? - Серега испуганно обернулся.
- Если узнаю, что опять кого-то заразил — лично закопаю! Вопросы есть?
- Да не, не, понял, чо...
- Раз понял, то пиздуй отсюда. Я позвоню, чтобы тебя выпустили.
Каменев заглянул где-то через полчаса, когда Бочкин расслабленно пил кофе, думая о вечном.
- А где Воробей? - недоумевающе спросил старшина.
- Да все, не нужен он. Он же у нас, если разобраться, не при делах.
- Да? А зачем мы ему пизды дали? - спросил Каменев и сам ответил. - А для профилактики, чтобы неповадно было!

На душе было легко – впереди три дня выходных. Можно отдохнуть от разнообразных спидоносных Воробьев, службы, от пьяных воплей, криков, от вечно недовольных граждан, отчего-то решивших, что именно Бочкину, и именно вот сейчас, они непременно должны высказать свое недовольство.
- Дежурки пока не будет! – обрадовал собравшихся домой капитан Григорьев. – Машина в Соколовку ушла, будет только через час - полтора!
Сидеть больше часа, в ожидании дежурной «Газели» никому не хотелось. Идти пешком, когда ноги и так натоптали много-много километров - тоже.
- Ну чо, в родничок? – озвучил общую мысль сержант Котов, предпочитающий всем остальным формам досуга пошлое распитие алкогольных напитков разнообразной крепости. – По пиву?
Небольшая роща, располагавшаяся напротив здания УВД города Заколючинска, и предрассветная тьма скрывала от посторонних глаз пару десятков пьющих пиво милиционеров, которых, следуя старому правилу, возглавил командир взвода, старший лейтенант Разин.
- Шепов! – окликнул он одного из сотрудников, степенно приняв протянутую бутылку. – Я вот чо у тебя давно спросить хотел, ты по национальности кто будешь?
- Удмурт! – подсказал стоящий рядом Барсуков.
- Русский я, – недовольно буркнул оскорбленный сержант. – А чо?
- Да ты рапорта свои почитай, русский! – Разин отхлебнул пива, поставил бутылку на лавочку и достал бумагу.
- Так, вот, – подсвечивая себе фонариком прочитал он. – А, вот оно! «Похищенное имущество, а именно, телевизор, марки «Гол Старт» не обнаружено!» Блядь, вот все татарин, кроме я! – старлей спрятал бумаг в папку. – Не, это надо сохранить!
- А чо неправильно? – нахмурился Шепов.
- «Золотая звезда», - отвесил ему подзатыльник Обломов. – «Голд Стар», Золотая, блядь, звезда! Чурка нерусская!
- Я-то откуда знал? – пробурчал, попавший коллегам на язык, сержант.
На улице ощутимо похолодало. Ручьи, побежавшие под мартовским солнышком, прихватило тонкой ледяной коркой, смолкла, едва начавшаяся капель.
- Чо, пошли, погреемся, – скомандовал Разин. Подмерзшие пэпэсы потянулись в дежурку…
В отделе было светло, тепло и уютно настолько, насколько это вообще может быть в дежурной части милиции. В уголке, свернувшись калачиком на полу, храпел хрякоподобный господин весом хорошо за центнер. О таких в народе говорят – «За два дня вдвоем не обсерешь». Данный краснорожий господин, загуляв в эту ночь, вымотал нервы всем соседям, отчего-то не разделивших его радости и хотевших поспать. А так же прибывшим участковому и наряду патрульно-постовой службы, которых он бодро крыл хуями через дверь. Уже под утро, окончательно окосев от принятого вовнутрь, господин возмутился тем, что какие-то недочеловеки имел наглость выразить неудовольствие и пожаловаться в милицию, и пошел разбираться со всеми подряд, пиная двери и требуя немедленной сатисфакции, каковую и получил от прибывшего на место экипажа вневедомственной охраны. В дежурке его окончательно разморило, и он уснул, еще не подозревая о том, что над его дурной головой сгущаются черные тучи…
Фантазия сержанта Котова была не особо богатой и изощренной, зато при себе он имел большой набор разноцветных маркеров – качественных и очень стойких. На лбу у дебошира засияла красная звезда, а над верхней губой появились небольшие гитлеровские усы. Котов стоял над телом, любуясь своей маленькой местью, когда рядом оказался сержант Макаков, который в детстве ходил в художественную школу и с годами свое увлечение рисованием не забросил, рисуя то портреты друзей, то скабрезные картинки с голыми женщинами, то просто всякую фигню. Радостно улыбнувшись, он забрал у Котова маркеры и взялся за дело.
Гитлеровские усы стали четче и красивее, звезда украсилась дубовыми веточками, на лбу выросла гитлеровская же челочка, а вокруг глаз обозначились бериевские очочки. Кроме того, благодаря ценным советам прапорщика Каменева, тело украсилось церквями с множеством куполов, на пальцах появились аббревиатуры «СЛОН» и «ЛХВС», а на шее появилось число 13.
Любой мало-мальски опытный родитель знает – не беда, когда дети скачут, ходят на голове и выносят мозг. Беда, когда их не видно не слышно – что-то творят мерзавцы! А про то, что сотрудники милиции могут быть приравнены к детям, говорил еще Остап Бендер.
- Ну и чо ты кипишуешь? – невозмутимо отвечал истерящему Григореву Разин. – Его кто привозил, охрана?
- Ну!
- Так крикни их, пусть рапорт перепишут, «на лице, теле и руках задержанного были рисунки и надписи» - посоветовал взводный. – Ты как первый день работаешь.
- А если он в прокуратуру пойдет? – не сдавался Григорьев.
- Да хоть к президенту, – пожал плечами старлей. – Он себя-то щас не помнит, пусть потом докажет, что он не бегал подъезду в таком виде!

Дежурная «газелька» приехала где-то, через полчаса.
- Ну хвала Аллаху! – проворчал Каменев. – Не прошло и три года!
- Андрюха, кореш, здорово! – радостно поприветствовали водителя Обломов с Кореневым.
- Ну чо, все тут? – пересчитал подчиненных Разин и, убедившись, что все в машине кивнул. – Погнали!
Рыкнув измученным движком и поскрежетав коробкой, отчего Игорь подумал, что машина вот-вот развалится, «Газель» бодро выскочила на проспект и повезла домой уставших от службы, но довольных пэпэсов.
- Чо, кто первый? – крикнул, перекрывая двигатель и хриплые завывания встроенного в каждую «Газель» радио «Шансон» старлей Разин.
- На «Малышке» тормозни! – громко сказал Бочкин.
- На ходу спрыгнешь! – ответил ему Обломов. – Щас, еще машину ради тебя останавливать!
- Дружинника Серегу помнишь? – подхватил благодатную тему Куклачев.
- Бабицкого, что ли? – уточнил Разин. – Дурака кусок?
- Ну! – кивнул прапорщик – Мы тут наряды собираем, ну и пацанов с Победы забрали и он за компанию, он же на Таежной живет. Ему Вадик и говорит – «Слышь, Серега, нам чтобы не останавливаться, колодки не жечь, я, когда мимо твоего дома поедем, скорость сброшу до тридцати – ты и прыгай!». Ну чо, проезжаем, Вадик притормаживает и в шутку – «Прыгай, Серега!». Тот как сиганет, блядь, как уебался! Мы думаем – пиздец. А он, нихуя, вскочил – бодрый, радостный – «Пока, парни!» крикнул и домой попиздил!
- Да чо ему будет-то? – проворчал Разин. – Его Гараев, было дело, в подвале чуть не застрелил.
- Это когда? – спросил пролезший к двери Бочкин.
- Да давно, ты тогда не работал еще. Какой-то долбоеб с ружьем во двор вышел, в воздух пострелял, а когда мы прибежали – в подвал съебался, гном хуев. Ну и чо, я с Гараевым в подвал пошел, а Бабицкого на улице оставили – «Стой тут, никуда не ходи!». Идем по подвалу, а там дом на Калинина, там подвал низкий, в три погибели согнулись, оружие приготовили – дело-то такое! – и тут Бабицкий, мудак, на улице ему, блядь, не стоялось, с фонарем навстречу выскакивает и орет дурным голосом – «Стоять!» Вот в жопу бы ему этот фонарь засунуть!
- И чо? – гыгыкнув, уточнил Игорь.
- Да как, мы ему на свет, с нежданчика-то, по магазину въебали. Причем, Гараев - на срочке надрочили! – первым же выстрелом в фонарь попал. Ладно, хоть не завалили дурака!
- Пиздец! – сказал Бочкин. – И чо потом?
- Да чо потом, Гараев прямо в подвале его рукояткой пистолета пиздил! – покачал головой Разин. – И правильно сделал!
- А тот, с ружьем который? – Игорь остановился на выходе.
- На четырех костях выполз, натурально обосравшись! – засмеялся взводный. – Он как раз в уголке зашкерился, у Бабицкого за спиной.
- Так, Игоряс, вылезай! – «Газель» остановилась. - Приехали!
Бочкин выскочил из машины и захлопнул за собой дверь. На улице было безлюдно, город крепко спал, набираясь сил перед очередным рабочим днем. Лишь под фонарем, возле пешеходного перехода, стояли двое – парень и девочка. Пацан молча курил, девочка с недовольным видом, стояла рядом, глядя куда-то в сторону.
- Извините! – подала она голос, когда Игорь проходил мимо. – Извините!
- Да? – Бочкин остановился, аккуратно поворачиваясь. - Что?
- Молодой человек, можно я вместе с вами пройду? – спросила девочка.
- А, да, пожалуйста, – пожал плечами сержант. – Все у вас нормально?
- Да! – коротко ответила та, бросив на парня короткий взгляд.
- Ну, тогда пойдемте, – вновь пожал плечами Игорь. – Молодому человеку точно помощь не требуется?
Парень отвернулся, прикуривая от окурка новую сигарету.
«Посрались, - подумал Бочкин. – Ну чо, бывает»
- Ладно, пошли что ли, – он повернулся и зашагал через дорогу в сторону дома. – Вам в какую сторону?
- Да дорогу только перейти, – девочка махнула рукой. – Вон мой дом.
- Ааа – протянул Игорь. – Понятно.
- Ну я, это, ну сами понимаете… – начала та.
- Да ладно, чо мне объяснять, – отмахнулся Бочкин. – Бывает.
- Ну да, – девочка остановилась. – Ну все, я пришла, спасибо большое!
- Не за что, – Бочкин зевнул. – Все, до свидания.
- Ага, – случайная попутчица скрылась в подъезде, хлопнув дверью.
«Ну и ладненько» - подумал Игорь и свернул в сторону школьного стадиона, через который он обычно ходил домой уже много лет.
- Э, стоять, мусорня ебаная! – раздался окрик. – Стоять!
Игорь рванулся вперед, выхватывая из-под бушлата палку и фонарь, затем резко развернулся, уходя в сторону и чуть назад.
- Э, блядь, пидор, фонарь убрал! – закрываясь рукой, от яркого света галогенной лампочки, перед ним стоял давешний Отелло. – Фонарь убрал, я сказал!
- Да вот хуй тебе по всей морде! – буркнул Бочкин, светя ему в глаза. – Тебя чо, тоже надо до дома довести?
- Ты чо пидор, базаришь?! – тип, щуря глаза, пытался подойти поближе. – Ты чо с моей телкой мутишь, а?
- Ну ебаться приходите! – сплюнул Бочкин. – Короче так, юноша, давай сделаем так – ты бодрым шагом идешь нахуй, а я – домой.
- Ты чо, пидор ебаный! – Отелло попер буром. – Ты чо, сука, блядь! Давай, нахуй, как пацан, хули ты!
Бочкин огляделся. Вокруг не был ни души, видеть их никто не видел, место, хоть и внутри квартала, но докричаться помощи – нереально, что, в данной ситуации, Игоря устраивало целиком и полностью.
- Чо блядь? – тип вскинул руки и задергал головой, видимо полагая, что так он похож на боксера. – Чо, мусор ебаный!
Отелло прыгнул вперед, размахивая руками, когда прямо в лицо ему ударила едкая струя перцового «Шока».
- Аааа, блядь! – заорал он, хватаясь за лицо.
- Хрясь! – прилетел в ебало, ломая пальцы, ботинок.
- Дын! Дын! Дын! – гулко прошлась по хребту резиновая палка.
- Ну, чо, блядь, доволен? – зло сплюнул Игорь, пнув в бочину поверженного врага.
- А, сука, пидор! – тихо выл Отелло. – Фамилию свою назови, блядь, я в прокуратуру заяву напишу!
- Совсем ебнулся? – вздохнул Бочкин, осматриваясь, не выпало ли что-нибудь из карманов. – Адрес не назвать?
- Блядь, сука, пидор! Тебе в натуре не жить! – тело выло, не делая попыток подняться.
- Ты уж определись, я с твоей телкой мутить пытаюсь или я, все-таки, пидор, – убедившись, что ничего, что могло бы как-то указать на его, Бочкина присутствие, он развернулся и пошел домой где его ждала горячая ванна, очень поздний ужин, а скорее, очень ранний завтрак и большой четвероногий друг – диван.


УПД Пост поправил. Спасибо, что подсказали
Tags: Бочкин
Subscribe

  • Хуго Мортенс по прозвищу "Бывший"

    Людская природа весьма прихотлива и разнообразна! И, как бы не хотелось старикам, ворчащим на упадок нравов, разнообразие это простирается и на…

  • Не могу молчать!

    В свете последних тенденций оповещения о новостях, мне, как человеку, столько для него сделавшего, становится обидно за Крысолова. Он-то, в отличие…

  • К одной из "теплых" псевдолитературных тем нынешнего января

    "- ...Нет, сударыня, на стены вам отнюдь не надо! Вы, звиняйте, хоть и маженка, и огнем пуляетесь, а всё ж девица, а девицам в бой не след! - Вы меня…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments

  • Хуго Мортенс по прозвищу "Бывший"

    Людская природа весьма прихотлива и разнообразна! И, как бы не хотелось старикам, ворчащим на упадок нравов, разнообразие это простирается и на…

  • Не могу молчать!

    В свете последних тенденций оповещения о новостях, мне, как человеку, столько для него сделавшего, становится обидно за Крысолова. Он-то, в отличие…

  • К одной из "теплых" псевдолитературных тем нынешнего января

    "- ...Нет, сударыня, на стены вам отнюдь не надо! Вы, звиняйте, хоть и маженка, и огнем пуляетесь, а всё ж девица, а девицам в бой не след! - Вы меня…