irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

Ярчуки. Глава вторая. Финал

Часть первая
Часть вторая

К месту ночевки подошли с небольшим опозданием – литвин от кровопотери еле перебирал ногами. С парня содрали рубаху, швырнули окровавленную тряпку в кусты.
- Стигматы на язычнике! – ругался Удальге, пока перевязывал, - О, Мадонна, отведи свой взор от такого непотребства!
Но мотал тщательно, как хирург с многолетним опытом. И корпии, и чистого полотна имелось по переметным сумам в достатке – знали, что не на карнавал собрались. Хотя и там всякое бывает, что уж тут.
Но подробностями не интересовался, не дурак. Капитан сам расскажет, если нужным сочтет. Явно не по бабам ходили – от тех одна спина рваная бывает. Ну и кусты мочить больно, если баба совсем неудачной попадется...
Мирослав смотрел на бойцов, тянул трубку. Ночной переполох, кроме потери лошади, сотворил еще одну поганую вещь. Солдаты боялись. Трусливый неумеха куда вреднее для любого дела. Какой толк от солдата, когда он каждый миг обмирает с перепугу? Ветер листок шевельнет, он и обосрался. Так еще и греком станет, упаси Господь!
Испанец, топорща усы, подошел с тем же вопросом. Командиры переглянулись, достали трубки – Мирослав коротенькую носогрейку, Диего - кукурузную, с длинным чубуком…
Сборы не затянулись. Каждый хотел уехать от опасного места. И как можно дальше!
- Так, мои любезные! – гаркнул капитан, когда все сборы закончились, и банда оказалась в седлах. Литвина, правда, пришлось дополнительно привязывать – так и норовил об землю грянутся. Добрый молодец хренов…
Наемники поподнимали снулые морды на командира. Глазами не забывали постреливать по сторонам, не скакнет ли оттуда змея с распахнутой пастью! А то как набросится, как заглотит живьем! И будешь аки Иона, пока не задохнешься в гнилом нутре…
- Мы с лейтенантом подумали, и я решил! – Бойцы встрепенулись, затаращились оживленнее, - Киев никуда не денется! - И не дождавшись, пока удивление на ошарашенных мордах перерастет в непонимание, продолжил, - Да и Збых сейчас не ездок!
Литвин попытался было что-то промямлить, но получил незаметный тычок локтем. Надо же, а Йозеф-то, не так глуп! Вон как скалится, видать, понял, что к чему.
Но к чему ведет капитан, сообразил не только Котодрал. Молчаливый обычно Руперт, взмахнул рукой, привлекая внимание.
- Эй, капитан! Мы на такое не подписывались! В контракте и слова нет, что мы должны гоняться за гадюками-переростками.
- Красавчик, ты дурней трех валахов! Нас навещала не гадюка-переросток, а отожравшийся уж. Ты боишься ужей? – ехидно спросил Мирослав.
- Уж - гадюка, какая разница, если про них нет уговора?! – прыщавая харя англичанина пошла пятнами, - я не нанимался ловить в долбанной степи долбанных змей!
- Раз нет уговора, то можешь посидеть в сторонке, - презрительно хмыкнул испанец, - А мы ее поймаем и отрежем ей башку.
- И продадим циркачам, - добавил капитан, - возьмем серебром по весу. Ну или золотом, если у них не хватит серебра! А теперь, когда все пошутили и посмеялись, то пусть слушают внимательно. И не говорят, что не слышали. Кто боится – свободен. Моей банде не нужны трусы, не способные даже поймать червяка!
Наемники начали переглядываться. Мирослав деланно хмурился, оглаживая рукоять пистолета. Нехитрые мысли молодежи читались влет. На одной чаше - змея, в которой двадцать пять-тридцать шагов злобности, и которая может влегкую утащить лошадь. На другой – кругом степь. Выжить одному трудно – мало ли, вдруг да змея не одна? Или татары какие? Или вообще страшные запорожцы, с которыми многие хорошо знакомы по скоротечным, но кровавым стычкам среди европейских лесов и дорог, а кто не сталкивался лично, тот преизрядно наслышался всяческих ужасов. Вообще, страшные тут люди! Одно слово – шкифы!..

****************************

- Эль команданте, признавайся, скольких владельцев пережили эти, - испанец прищелкнул пальцами, подбирая нужное слово.
- Маляры зовут их «эскизами», - ответил Мирослав, осторожно разворачивая тугой свиток. Бумага, кое-где прожженная, и потрескавшаяся на сгибах, так и норовила завернуться обратно. - Но это карта. Не скажу что подробная, но есть шанс оказаться в нужном месте. А вот где ее откопал Приор, это мне знать не дано.
- А ведь хороша! - удивился испанец, ведя пальцем вдоль прихотливо извивающейся полосы, - а мы где?
- Примерно тут, - ткнул капитан.
- Чудны дела твои, Господи! – перекрестился Удальге. Бойцы, сидящие в сторонке, как по команде, повторили жест лейтенанта. На всякий случай.
- Ничего чудного, - буркнул Мирослав и, скрутив карту, сунул ее в тубус, - ты был прав, когда назвал эскизами. “Ее хвалил сам Боплан!” - передразнил он кого-то, - Что бы его черти подрали, этого сраного лягушатника! «Подробный план Диких полей, граничащих с украйнами Речи Посполитой», мать ее за ногу да афедроном на пушку!
- Мадонна свидетельница, карта паршива, но к чему такая желчь? – недоуменно сказал испанец, - Мы прекрасно обходились без карт, обойдемся и сейчас. Если же тебе она не нужна, - добавил Диего, видя, как взбешенный капитан прокручивает крышку тубуса, - то я в готовностью приму ее в дар!
- Пригодится как растопка для костра, - отрезал Мирослав.
- Еще из бумаги можно накрутить патронов! – миролюбиво добавил лейтенант, - или пыжей.
Капитан спрятал тубус в мешок и ненадолго задумался.
- Литвин не дозвался гадину. Но где ее логово, примерно подсказал. Как он там? – неожиданно поднял голову Мирослав, глядя куда-то сквозь Удальге.
- Живой. Пьет вино и ругается.
- Значит, точно живой, - протянул капитан.
Испанец, несколько раз оглянувшись по сторонам, собрался с духом,
- А как мы ее будем убивать? Она же большая.
- Покажем гадину Руперту, а потом заткнем ее гадскую пасть обгаженными штанами этого рыжего ублюдка.
Диего только хмыкнул:
- У тебя сердце из громадного куска льда с самых высоких вершин! Ну а если серьезно? Ты же не думаешь, что мы придем к змее в ее змеиную пещеру и отрубим голову? Все же, в этом дьявольском творении тридцать шагов злобного шипения! И она не травоядный дракон, коих премножество упокоил мой славный прадед, да будут холодны угли под его котлом!
Капитан молча подошел к своему вьюку, расстегнул пряжку одной из сум. Испанец присвистнул:
- А я все никак не мог понять, отчего он так тяжел. Думал, ты спер из собора Святого Марка ихнего коня!
- В отливку пошли их отборные каштаны, мой друг!

****************************

Хитрая бестия нашла себе приют в месте, где сходились две тихие и мелкие речушки. Получившееся болото, обильно заросшее рогозом, одним краем упиралось в скалы. Похожие на гору, куда они с Литвином взбирались, но чутка повыше. Сверху росли кривые сосенки и одна, неведомо как оказавшаяся на такой высочени, грушка-дичка.
Мирослав куснул зеленый и твердый фруктовый бок. Сморщился, сплюнул и, размахнувшись бросил огрызок в шуршащие заросли. Перед долгим спуском вниз еще раз окинул взглядом диспозицию, стараясь запомнить понадежнее. Хотя, что там запоминать? Степь, болото, камышовое поле с четырьмя «выползами». И в центре – будто бы стог сена, наметанный, и так под дождями и ветрами забытый… «Стог» лежал неподвижно. Но та неподвижность один сплошной обман. Змеюка нажралась, вот и лежит. Греется и переваривает.
Капитан вздохнул. Сюда бы пушечку фунтов на шестнадцать, да толковых бомбардиров. Из мушкета не попасть, хоть ты терцию сюда загони и залпами бей. Но мечтать не вредно, вредно – возлежать под деревом и ждать, пока яблоки сами в рот попадают. Падающие обычно гнилые. Или червяками понадкусанные. Ну ничего, и не таких бобров любили! Оно ведь что главное? Верно! Хатку разворошить. А дальше само пойдет.
Больше всего раздражало солнце, припекающее даже сквозь войлочную шляпу. Сам спуск был долгим, но легким, разве что сапоги на осыпи скользили. Приходилось хвататься за кусты, чтобы не сверзиться к подножью. Зато было время подумать и прикинуть предстоящий бой. С таким противником Мирославу сталкиваться не приходилось. Схожий гад попадался, но. имелись опытные люди, корабль, много-много пороху с хитрыми запалами… Ну и Гюнтер был. Который один стоит половины Дечинского арсенала. Интересно, рискнул бы капитан охотить злобную тварюку с бандой таких недоделков?
Внутрь зарослей не полезем – дурных нету. Будем снаружи встречать и пользовать. Сюда, на вершину в смысле, мы загоним кого-нибудь побесполезнее, но поголосистее. Подумаем, то ли орать он будет, указывая куда это бревно поползло, то ли еще как…Точно!. Кто из парней в моря ходил? Вроде как Юзек Кашуб зерно из Гданьска возил. Ладно, уточним. Остальных поставим напротив змейских вылазов. Литвин не участвует, с ним и лошадьми надо кого-то оставлять. Как раз по паре человек на каждое направление остается. Ну и он сам с лейтенатом в резерве. Хотя испанец на резерв не согласится. Умный же, взрослый человек, а все туда же! Мечом махать любой дурак может. А вот головой думать... Ладно, голова у Диего тоже неплохо работает. Не будем зря грязью поливать. А что в бой рвется, так ему положено. Испанец же, а не селедочная душа какая-нибудь.
У змеи чешуя должна быть ого-го! Белым оружием утрахаемся. Как знал, когда припас собирал! Гранаток должно хватить. Ну и все «огневое» зарядить не жалея пороху…
Мирослав погладил пистоль. Улыбнулся. Ну что, сразу и оценим, с кем можно сады соседские обносить.

****************************

Диего напряжено всматривался в колышущиеся заросли камыша. Рядом переминался с ноги на ногу Руперт. Лейтенант предпочел бы в соратники Мирослава или Йозефа. Но командир на пару с Котодралом ушли поджигать болото.
Красавчик вздохнул. Так громко, что всем было понятно, как Руперту тоскливо, и как он завидует Литвину! Збых и остался лежать в полуразвалившейся хатке с парой наемников на случай всяких неожиданных неприятностей. Охранников выбирали жребием и Удальге, вспомнив долгие вечера проведенные за игорным столом потратил кучу сил на подсказки судьбе.
Зато как громко возмущался Руперт! С другой стороны, ты не лорд, и не сидишь на мешке с шерстью посреди Парламента! Так что изволь хватать любимый мешок капитана и нести его вооон туда! Нет, лошадки останутся здесь. У них копыта. От копыт – грохот и сотрясание земли. От грохота – просыпаются. Ты же не хочешь, мой прыщавый дружок, чтобы невыспавшаяся добыча стала охотником?
Нести, впрочем, оказалось не так далеко. Меньше мили. Ребята засомневались, поможет ли такое средство? Шкифы ведь, колдовство! Но, потягав тяжеленную суму с гранатами, понимали - поможет. Иначе будет слишком обидно.
Удальге попытался было уговорить капитана дать еще разок взглянуть на карту – очень уж хотел любознательный идальго узнать, где ему доведется совершить подвиг, достойный самого Сида! Ну и прадеда до кучи переплюнуть. Драконы-то прадедовские, жрали траву, а змея – татаринов и лошадёв! Звучание на русинском языке последних двух слов лейтенант специально уточнил у многомудрого командира.
Но эль команданте только хмуро посмотрел из-под седых бровей и посоветовал лейтенанту засунуть любопытство туда, откуда выбирается съеденная жратва.
Потянуло дымком. Диего посмотрел на вершинку – не прыгает ли там Кашуб, размахивая тряпкой оговоренного цвета. Но Юзек стоял неподвижно.
Лейтенант перекрестился, прочитал молитву. Дымом тянуло все сильнее. Черные струи поднимались в небо, причудливо закручиваясь, будто сами были змеиного племени. Высохшие листья трещали все сильнее.
- Лейтенант, - жалобно проскулил Руперт, - я быстро, я до ветру! Прижало – мочи нет!
- Сри здесь! – рявкнул Диего, чувствуя, как ползет по загривку холодная струйка пота.
- Я быстро, - закряхтел англичанин, поспешно развязывая шнуровку.
Минуты ожидания тянулись будто засохший сок гевеи. Удальге чуть не прозевал, когда Юзек замахал куском белого полотна, для понятности подбежав к левому скату вершины. Не свалился бы…
Диего побежал к соседнему «выползу», влепив Руперту для пущего ускорения пинок. Англичанин свалившись от неожиданности на четвереньки, руками-ногами все же перебирал споро, может и не отстанет.
Парни собрались – вроде бы никто не сбежал. Целили стволами в заросли, грели на ладонях гранаты…
- Тут бы сеть впоперек натянуть, - тихо сказал Магнусс и, содрав шляпу, кинул под ноги. То ли примета такая у человека, то ли от страху. Диего предпочел бы первое.
От камышей пришлось отступить. Пламя сухую пищу пожирало яростно, и жар стал нетерпимым. Юзек забегал вдоль вершины. Ну то и понятно. Над зарослями такой дым сейчас, что ни черта не видно.
Затрещало сильнее.
- Готовьсь! – заорал лейтенант, сбился на кашель. Дым драл горло паршивейшим табаком…
Защелкали взводимые курки. Зашипели фитили – их специально сделали длинными. Сами собой вспомнились слова:

Вьется знамя на ветру – Испания за нами!
Дети Сантьяго – терции слава!
Пикинеры – фланги прикрыть!
Тот свободен, в ком страх убит…


Бойцы не поддержали – слов никто не знал. Каждый свое пел. Кто духовный гимн, кто похабную песенку ландскнехтов…
Гадина выскочила неожиданно. Стена горящего камыша разлетелась вдрызг, будто ядром жахнуло. Кто-то ойкнул за спиной. Змеязамерла,оставив пожар за спиной, приходила в себя. Вздымались опаленные чешуйчатые бока. Немигающие глаза выбирали жертву. Еще миг, и бросится…
- Бей!
Гренадеры из Охотников были паршивыми, но гранаты легли удачно. Дымки из запалов совершенно потерялись среди прочего дыма. Грохнуло. Раз, другой! Когда они с капитаном прикидывали ход боя, то эль команданте опасался, что осколками достанется и метателям. Обошлось. Зато ужасное создание зашипело-заскрипело! От мерзкого звука заложило уши…
- Огонь! – зарычал лейтенант, первым вскидывая пистолет.
- Сменить оружье! Залп!
Змея отвечала ужасным хрипом, перекрывающим треск огня, бушующего совсем рядом. Еще один залп, и еще один. Свинец рвал обгорелую плоть, но тварь подыхать не собиралась.
Будто ведомая диавольским провидением, она терпела, выжидала, пока у стрелков кончатся заряды. А после, атаковала. В краткие доли секунды, изорванное пулями и осколками тело собралось могучей пружиной и швырнуло себя вперед.
Могучее тело пролетело мимо Удальге. Руку протяни – коснуться можно. Ноздри обдало резким запахом. Лейтенант отшатнулся, бухнулся на задницу.
Хлопнуло несколько выстрелов подряд. После предыдущей канонады они показались почти неслышными.
Удальге подскочил на ноги, просыпая порох начал заряжать пистолет. Пуля не лезла. Испанец выругался, перехватил за ствол. Левой рукой потянул из-за пояса дагу, бесполезную против такой громадины...
Оказалось – напрасно. И капитан попал, и Котодрал справился. Змея подыхала, получив три унции свинца в башку, ворочала в агонии длинным телом, дергала хвостом.
Рядом, шагах в десяти от умирающей твари уходил к своему протестантскому богу Руперт. Уходил и все никак у него не получалось. Многопудовая туша свалилась на Красавчика, сломав тому хребет.
Парень, белый как снег, что-то неразборчиво шептал, скреб пальцами по земле. Прочие наемники, позабыв про знатную добычу стояли вокруг, отводя глаза.
Командиры переглянулись. Англичанин не жилец. Это любому понятно. Мирослав оскалился, кивнул на дагу.

*********************

Завернутая в два мешка, сшитых между собой, болталась змеиная голова меж двух лошадок, кровила материю, роняла тягучие капли на пыльный шлях.
Позади ехал финн-хаккапелит, понукал упрямых зверей, тряс исколотыми пальцами, морщился. Вот же странная штука жизнь. Иногда куда легче угробить тварюку, чем сшить ей пристойное вместилище!
Про Руперта-Красавчика, неглубоко зарытого в сухую землю, Магнусс думал с благодарностью. Не потратит англичанин денежку! Доля-то его, на прочих поделится.
Tags: Дети Гамельна, Ярчуки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 77 comments