irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

Арктика 1-2 "Лизун и город"

Арктика 1-1

Труднее всего было не сорваться, и не распинать ефрейтору Крюченко «демографию». Чтобы головой думал, придурок, а не первичными половыми признаками! Но с другой стороны, никого не застрелил, брагу в огнетушителе не ставил, да и к тюленихам не приставал с пошлыми намеками. Так, лизнул трубу металлическую. В минус двадцать пять – самое подходящее развлечение.
В первый момент, у Позднякова даже выругаться толком не получилось, очень уж глупо выглядел «недомладший сержант», что таращил глаза на манер перепуганного спаниеля. И вроде бы не первый день на Северах служит – совсем уж салабонов на ССП-19 не водилось отроду.
- Офигенная мороженка, да? – ехидно поинтересовался он у ефрейтора, тут же испуганно замычавшего, и тут же гавкнул на топтавшегося рядом с невезучим сослуживцем, рядового Иванова, - А ты какого хрена тут вытанцовуешь?! Бегом за чайником! Если у нас нет, к поварам скачи! И кабанчиком мне!
Иванов кивнул, по-внеуставному хруюкнул, и ломанулся, поскальзываясь на тропе.
Временно исполняющий обазанности командира взвода охраны проводил взглядом ускакавшего бойца, и обернулся к Крюченко:
- Вот чем ты Серега думал, блин?! Вот скажи мне, старому дураку, может я чего в этой жизни уже не понимаю? Или как?- не дождавшись ответа, Поздняков продолжил беседу с личным составом, - вот чесс слово, по уму, надо бы тебя пионерским способом от ледяного плена освобождать, снимая все это на огрызок. У тебя он какой? Девятый или уже десятый? Снять, на Ю-туб выложить, лайков пол мильёна насобирать… Ну а там, и славу свою монетизировать хитрым способом….
Но ефрейтор по-прежнему молчал. Лишь задышал чаще, надеясь отогреть дыханием, не дожидаясь, вероятного начала экзекуций. Поздняков среди подчиненных считался мужиком не вредным, и даже склонным к забиванию на несение службы хорошего болта на «сто двадцать по ключу». Но мало ли что? Вдруг стукнет моча отцу-командиру в голову, да спасет он так затейливо, что потом пол земного шарика ржать будет…
- Тарищ страший сержант… - выдохнул прибежавший Иванов, протягивая термос. Хороший, армейский термос. Вместимостью аж двенадцать литров.
Поздняков с трудом удержался, чтобы не выругаться.
- Предлагаешь мне кипятком твоего боевого товарища поливать? Говорил же, чайник давай! В него снегу напихать можно! Разбавить! Ну то хрен с ним, придумаем что-нибудь. На крайний случай, у меня ножовка есть. Ржавая…
- Ааа! – заорал Крюченко, отваливаясь от трубы. Не выдержал, сам рванулся, оставив на металлоконструкции кусок кожи, мигом заледеневший. Ефрейтор сел в сугроб, обхватив рот перчаткой.
- Чайку? – ласково сказал отец-командир.
Крюченко засучил ногами, словно желая прокопаться до дружелюбных вод Северного Ледовитого, и утонуть, пуская пузыри…


- Что же вы, Александр Степанович, над подчиненными издеваетесь? – встретила их на пороге санчасти старший лейтенант мед службы Емельянова, по совместительству – единственная женщина на ССП-19.
- Да так, накипело что-то… - горестно повинился Поздняков, толкнув вперед мычащего от боли ефрейтора. После чего, выскочил в тамбур, проверил, закрыта ли наружная дверь, обмел ботинки стоящим в углу веником, и вернулся обратно, в теплоту помещения.
Крюченко уже сидел, раззявив рот, а Аленка колдовала, действуя тампоном, намотанным на железяку устрашающей длины. Старший сержант, чьи встречи с медициной происходили всегда болезненно, поежился, и тихонько опустился на край кушетки, заправленной неизменной коричневой клеенкой.
Он, не скрываясь, любовался девушкой, стараясь не замечать гримас и сдавленных стонов пациента. Та же, то и дело, поглядывая на него, улыбалась, но экзекуцию не прекращала.
Наконец, несчастный ефрейтор был прооперирован, еще раз обруган и выпровожен в расположение.
- Вот смотрю я на тебя, Саша, и все думаю, когда же ты меня замуж позовешь, - Аленка села рядом с Поздняковым, прижавшись к плечу мужчины.
- Так ты же и не пойдешь, - глядя на пластик стенной панели, сказал он.
- Не пойду, - кивнула девушка, и легонько толкнула Позднякова, - а ты позови. Мне, может быть, нравится, когда ты о замужестве говоришь. Такой смешной сразу становишься…
- Какой есть…
- Мне других и не надо, – легко согласилась Аленка, - только, когда на меня смотришь, прошлых не вспоминай, ладно?
- Я и не вспоминаю.
- Теперь врешь, ага
- Ага… - протянул Поздняков, и прошептал девушке:
- Но люблю я только тебя.
- Или думаешь, что любишь...

…Труднее всего, оказалось, убедить лейтенанта в том, что никто сержанта Позднякова не поймает, и вообще, ничего страшного не случится. Молодой еще парень, по большому счету, оказавшийся на первой серьезной заброске, отчаянно боялся. Сержант его совершенно не осуждал, но все сильнее хотел треснуть прикладом по уху.
- Вовка, блин, ну надо мне туда сходить! Ну не козли
Лейтенант оглянулся на прочий личный состав, сидящий в сторонке, прикусил губу:
- Александр, Вы понимаете, на что меня толкаете?! Сейчас Вы, потом остальные…
- Я один местный, ага? – прищурился сержант, - не забыл? И вообще, считай, что иду на встречу с героическим подпольем.
- Если что…
- Если что, отобьюсь. А – нет, так всяко разберемся, - Поздняков выкатил на ладонь ребристую тушку Ф-1.
- Ждем до вечера! – попытался придать голосу немного твердости Котельников, понявший, что спорить бесполезно. И сержант один хрен пойдет, куда собирался. Про устав напоминать бесполезно – отставной украинский пограничник российскую присягу не принимал, и вообще, числился непонятно кем. По крайней мере, лейтенант так и не разобрался с официальным статусом прикомандированного проводника, - Если вы не появляетесь, то уходим к этой, как ее…
- Агробазе, товарищ лейтенант, - язвительно подсказал сержант, - там еще аэродром заброшенный, помните, на инструктаже доводили. А насчет «до вечера» – извольте не беспокоиться, помню. Один хрен, всей нашей хурдой по дню идти – сплошной блудняк получается.
Котельников отмахнулся, не задалбывай, мол, и без тебя тошно. Сержант голову на отгрыз давал, что только он уйдет, как летеха уткнется в планшет, и будет зубрить карту, не забывая, впрочем, отвечать восторженным девчонкам в «однопалатниках» или в «тентакле». Официально, аккаунты в соцсетях для силовиков запрещены, но кто там проверять будет? Особенно, в лихорадке последнего года…

…Поздняков шел по родному городу, стараясь не сильно крутить головой. Все же, за два прошедших года, один из которых шел в зачет сразу за три, покорежили малую родину знатно. До выгоревшего горсовета, и до расстрелянного на девятое мая ГУВД, располагавшихся друг от друга, считай, рядом, он не дошел. Совсем не по пути было.
Да и пройти-то, довелось, всего пару километров. Но увиденное пугало. Нет, выбитые с рамами окна и следы пожаров на стенах Поздянкову были привычны – не первый год жил. Но в тех, неродных, городах и поселках, при всей постапокалиптичности картины, она так за нервы не дергала. До Донецка с Луганском, не говоря уже о Славянске, конечно, разрушения не дотягивали. За всю дорогу - с десяток случаев, это не много. И большинство – последствия развалившейся коммуналки. В центр города особой стрельбы не было. Не считая, конечно, майских событий
На пересечении Лавицкого и Строителей подвернулся киоск с пивом. Будто знали, что понадобится. Гривны у сержанта водились. Правда, замызганные и подмоченные, но зато много. Взяв два «светлых Чернигова», Поздняков двинулся дальше. Одну бутылку он сунул в набедренный клапан штанов, где она тут же начала болтаться. Другую открыл о ржавые остатки автобусной остановки, глотнул тут же запенившейся жидкости…
- Да уж, блин, последние времена наступают, вроде «Чернигов», а на вкус – «Балтика тройка», - продегустировав, и, посмотрев на Солнце сквозь темное стекло бутылки, выдал печальное заключение Поздняков.
Внимания к себе, сержант привлечь не боялся. Было бы потеплее, вообще в одних штанах бы поперся. Набитые с дуру на службе татуировки для нынешних хозяев города служили отличным шварцевайсом. Но и одетым, Поздняков на общем фоне совершенно не выделялся. Таких мужиков как он, в грязном камуфляже, и с бухлом в руках, тут хватало.
Поздняков стал у пешеходного перекрестка, пропуская медленно катящийся по растрескавшемуся асфальту джип с грязным «жовто-блакытном» полотнищем на крыше. Демонстративно глядел в сторону, рассматривая выгоревшее здание «азовстальского» общежития. Можно, конечно было вскинуть руку с пивом в «зиге», проорав заветные слова: «Сало Уронили» или «Хай живее Штефан Бандера!», но свидомые парубки вполне закономерно могли принять за издевательство, и шарахнуть из пяти стволов. У сержанта, конечно, грелся под бушлатом «Вереск» с тройкой магазинов, да и граната поддерживала уверенность в себе. Но супротив автоматов да среди белого дня… Нет, такой хоккей нам не нужен!
Укры проехали мимо, то ли не заметив, то ли решив не связываться. Стоит себе, и пусть стоит. Бушлат древний, сам грязный, взять нечего…
Поздняков двумя глотками допил пиво, метко швырнул бутылку в кучу мусора около переполненной урны, перешел через проспект и нырнул в лабиринт пятиэтажек. До нужного адреса на Приморском бульваре оставался квартал. Только сейчас, он понял, что возможно рискует зря. И никого нет дома. Или вообще, сидит в нужной квартире на четвертом этаже, какой-нибудь говносек, и автомат чистит. А тут клятый москаль с гранатой. Добрый день, мол, а я тут «черепашку» принес. Нет желания опробовать? И получится сплошное непотребство со стрельбой, взрывами и полным провалом. И подставлением под огромные неприятности той, кому это совсем-совсем не надо…
Поднявшись по лестнице, знакомой до последней ступеньки, Поздняков привалился спиной к холодной стене. Выдохнул. Если нет никого дома, то надо будет в подъезде пиво допить, пока нервы не перегорели, и возвращаться в подвал, в котором ждет темноты группа. Ну что, кто не рискует, тот не лежит в реанимации?
Звонок, естественно, не работал. Уже лет семь точно – сложный прибор квартирного оповещения еще до постоянных отключений электричества гавкнулся, а поменять ни у кого руки не дошли. На стук отозвались быстро. Легкие шаги по коридору:
- Кто?
- Открывай сова, медведь пришел! – ответил Поздняков, чувствуя, как лицо расползается в глупой улыбке.
- Ой…
Загрохотали засовы с замками, распахнулась дверь. И на сержанта набросились. Обнимая, целуя и ругая одновременно…



…- Видишь, Саша, только напомнила, и ты уже улетел где-то.
Аленка сердилась. Это было сразу видно.
- Прости, задумался я что-то… - поспешно соврал Поздняков, тряхнув головой.
- Я же тебя без рентгена вижу, - грустно улыбнулась девушка, - смотрю и вижу, как ты за прошлое цепляешься.
- У кого прошлого нет, у того и будущего не будет, - озвучил он затасканную мудрость.
- Ага, ага, - не стала спорить Аленка, - так и есть. Только ведь у вас всё равно ничего не вышло. Если ты, меня, конечно, не обманываешь, - добавила она, погладив взъерошенного Позднякова по голове.
- Как я тебя обманывать могу, а?
- Заканчивать вопрос «аканьем» - дурной тон!
- Я университетов не кончал, ага?
- Ладно, ладно, успокойся, - тонкие пальцы коснулись щеки, - я все понимаю. К тому же, ты мне про нее все-все рассказывал. Вы же расходились раз десять?
- Может и больше, не считал.
- И правильно. Не считай. Что бы там, в прошлом не было, мы-то с тобой здесь, в настоящем. Да и не было меня в том твоем прошлом, ведь так?
Поздняков поймал Аленкину ладонь, молча прижал к губам…

В 1-3: Любовь к темному пиву и Родине, массовые растрелы и избитые в кровь офицеры Российской армии...

Продолжение следует...
Tags: Арктика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments