August 23rd, 2017

"Гюрги" 1 ч. ("Дети Гамельна. Вбоквел", глава, наверное 3-я)

Гюрги было страшно. До липкого пота, до дрожи в пальцах.
Так-то, он трусом не был. Да и не жить трусу с копья. А Гюрги сим благородным промыслом жил не первый, и, как он надеялся, далеко не последний год.
У каждого, даже самого храброго из храбрых, есть свой страх. Он сидит глубоко внутри, не показываясь наружу. Храбрец кидается на пики испанцев, рубится на саблях с поляками, пьет с московитами... И ни следа боязни! Но достаточно хоть малой крошки потаенного страха, и не узнать человека. Словно подменили, воткнув в седло скверно сработанное чучело в обоссаных штанах.
Гюрги знал свой страх и старался держать его в кулаке. Не сказать, что это было сложно, когда рассудок твой тверд, и ты можешь сложить два и два, получив известный результат. Ведь чтобы утонуть, нужно много-много невезения и тяжелый доспех. Еще, конечно, не обойтись без моря, речки, или на худой конец, без пруда.
Но сейчас у страха были все козыри на руках, и джокер в рукаве...
Наемник вытянул шею, тихонько вдохнул, стараясь, чтобы ряска не забила ноздри. Вода, которая сначала приятно холодила избитое тело, теперь вытягивала жизнь. По капельке, не спеша, давая вдоволь насладиться предвкушеньем смерти.
Судорога вонзила в ногу раскаленный гвоздь. Гюрги сцепил зубы, даваясь стоном.
Те, кто были на берегу, не услышали.
Возможно, их там вообще не было.
Может быть, они и след потеряли. А то и не искали вовсе.
Но проверять не хотелось.
В глазах улана была смерть. И больше ничего.
Где-то у берега заквакала лягушка...
Впрочем, сказать, что все так хорошо начиналось, было бы неправдой. А врать Гюрги не любил. Ну почти.
Collapse )