January 11th, 2014

Орсания. 35 верст до Орши

Начавшие уже опадать листья складывались в чудный красно-желтый ковер. Полковник улегся за кустом. Не удержавшись, открутил черную капельку тёрна, раздавил зубами, мимолетно скривившись от кисло-горького вкуса ягоды. Ничего! Вражьей кровушкой зубы прополощем, горло омоем... Из замусоленного бархатного футляра полковник вынул подзорную трубу. Левой рукой осторожно раздвинул ветви, прильнул к бронзовой трубке.
Косач присмотрелся, опытным взглядом старого вояки готовясь подмечать мелкие детали и деталюшки. Оно как ведь? Хочешь, чтобы сделано было хорошо? Сам делать не лезь - хватит и проверки выполненного. Но разведка не сплоховала, недаром хлеб жуют.
Над устало плетущимся авангардом ветер рвет ткань стяга. Ага, ключ на щите – Привислянский коронный. Добрый полк, с добрыми командирами и толковыми сержантами. Полковник у них тоже очень и очень. Спуску по службе не дает и в рожу заехать не постесняется.
Самого Чупрыну не видно, заховался пан Михал где-то в глубине серой и грязной змеи, что толстенным брюхом елозит по ужгородскому тракту. Медленно ползет. По всему видно, заморились.
Один из разведчиков тронул Косача за плечо, ткнул пальцем направо. Полковник перевел трубку в указанную сторону. Подкрутил резкость. Тщательно хранимая оптика, за которую было по весу отдано гибелинскими дукатами, послушно отозвалась на ласковое касание хозяйских пальцев.
Орудийная рота. Инроги новомодные. Правильно отметили. Пригодятся. Первейшей целью назначим...
Рядом плюхнулся Скаженный. Ухмыльнулся довольно, будто кот, схарчивший полкувшина хозяйской сметаны, нахально отобрал у Косача трубу и внимательно оглядел тракт, по которому месили грязь пехотинцы.
- Что делать будем? - ротмистр склонился к самому уху. – Ночи ждем и шомполами в ухи перетыкаем?
- Шомполами, оно, конечно, с одной стороны даже хорошо, - задумчиво протянул полковник. - Вот только не запамятовал ли пан Бортнич наш разговор под Омелувом?
Усы ротмистра встопорщились сами собой. Будто пану Бортничу молния в сраку шибанула.
- Не ори только! - на всякий случай предупредил Косач. - Разъезды далеко, однако же, могут и услышать.
Скаженный дернул кадыком, словно проглотил что-то противное до безобразия.
- Помню, пан полковник, как не помнить?
- Вот и славно, вот и хорошо, - улыбнулся Косач, который, отобрав все же у ротмистра подзорную трубу снова начал разглядывать неровный вражеский строй. - Думаешь, зря я приказ дал твоих хлопцев приводить? Вот тебе и панцирники. Как на заказ.
Collapse )