December 30th, 2012

И снова "Гамельн"

Оригинал взят у red_atomic_tank в мысли, вопрос и рассказ

Ну и рассказ. Этот получился довольно добрым (в сравнении с рядовой стилистикой "Детей").

________________________

Шкура, растянутая для просушки на деревянной правилке, внушала уважение пополам со страхом одним лишь видом. Ну и изрядную долю удивления, ведь не каждый день видишь волчью шкуру, на которой мех чередуется с гладкими пролысинами. Притом отнюдь не из-за того, что ее поела моль, лишай или еще какая пакость.
Впрочем, сведущему человеку ничего объяснять не надо было. Дело настолько простое, что, и последнему дураку ясно. Если, конечно, сей дурак, с детства обитает в нужных местах, а не приблудился, скажем, с благословенных земель Аппенинского полуострова. Достаточно одного слова – «Шварцвальд», и знаток понимающе кивнет. Пожалуй, только в здешних местах такое еще и можно увидеть.
Если волчий мех перемежается голыми частями, значит, не зверя затропили умелые охотники. Ох, не зверя, а существо в разы более мерзкое. Волколак, оборотец, вервольф, лугару и много иных эпитетов, приличных даже сладкозвучным песням труверов и прочих миннезингеров...
У этих созданий много имен, а суть одна. Оборотец есть греховное порождение блуда, человек, продавший душу за умение оборачиваться зверем, верный слуга Диавола. Тварь, алчущая крови и плоти мирных людей, хитроумное создание, средь людей живущее.
Конечно, дурная слава слишком уж много им приписывает, по большей части по принципу: «Кто же трех лесорубов в лесу заел, кости разбросал, а ни денег, ни топоров не нашли?! Вервольф в паскудности своей, и больше никто!». Докапываться до истинных причин никто не будет. А значит, никто и не увидит на лесной тропке вереницу следов тяжелогруженых коней, сопровождаемых отпечатками лап псов-молоссов...
Но и назвать оборотня безобидной собачкой никак нельзя. Когда создание находится в человечьем облике, еще есть вероятность достучаться до сознания, задурить голову, а порою и договориться. Говорят, бывают на свете, хотя и редко, даже такие, что умеют держать в узде дьявольскую сторону своей природы.
А вот когда Волчье Солнце высовывает из-за туч бледную мрачную харю пропившегося забулдыги... Тут жди беды! Заскулят перепуганные псы, прячась поглубже в будку, закудахтают куры. Булькнет порванным горлом кормилица-корова, бережно хранимая от заботливых и жадных рук последователей полковника Мероде . Наутро заголосят бабы с детишками, осознавшие, что остается им только копыта коровкины обглодать, да прикопать на отхожем пустыре. А потом, всем дружно, вешаться на ближайшем суку, потому как погреба пусты, и никак не дотянуть до следующего урожая. Ну а если случилась нежданная встреча посреди леса, то ни топор не поможет, ни ружье.
Однако есть у дикой твари уязвимое место, оборотцы почти всегда – одиночки. И если хорошо сработанная команда, с нужными знаниями и подходящей снастью выходит на дело, роли меняются, как у кукол в бродячем театре или бурсачьем вертепе. Потому что много средних бойцов, ежели действуют умно и совместно, всегда забьют одного хорошего. Так случилось и сегодняшней ночью, когда человек-волк нарвался на добычу, которая сама оказалась не прочь стать охотником. Теперь его шкура сушилась по всем правилам – на правилке, под ветерком, лапы загнуты мехом вверх. На той части шкуры, что покрывала череп, зияла солидная рваная дыра и несколько широких прорех.
Collapse )