irkuem (irkuem) wrote,
irkuem
irkuem

Categories:

Из "Улыбки Бога" эпизод. Ахтунг, попаданцы!!!!111

Они катились по гладкой как бильярдный стол степи. Почему как бильярдный? Да потому, что на обычном столе не топорщатся редкие кусты, колючие до невозможности, выгоревшие под безжалостным русским солнцем до серой белизны. А на бильярдном столе, особенно на тех, что стоят в дешевых забегаловках Гамбурга, иногда топорщится зеленое сукно, задетое неосторожным движением кия в руках пьяного матроса...
Легкий ветерок ласково обдувал обер-лейтенанта, сидящего на башне любимой "троечки". Мартин искренне жалел камрадов, скорчившихся внутри раскаленного "панцера". Но что поделаешь? Нет в жизни места ни справедливости, ни счастью.
Есть, конечно, Всемирный Закон Равенства, не прописанный ни на одной бумаге. В смысле, что если долго-долго получал от жизни сплошные гадости, то через время оказываешься обер-лейтенантом панцерваффе. Говорят, индусы зовут это "кхармой" или еще как-то, по-восточному заковыристо. Но это уже мелочи жизни, недостойные бывшего гамбургского дорожника, а нынче - командира танковой роты победоносной армии Германии. И пусть впереди пылят мотоциклисты разведки, и пусть надсадно кряхтят выработавшие свой ресурс моторы, и пусть затейливо матерится командир гренадеров, здоровенный гауптман. Тоже из Гамбурга. Земляк. И тоже ненавидит жару и пыль... А про то, что от всей танковой роты остался единственный танк, так про это мы вспоминать не будем.
А вообще - жить хорошо! Главное - не забывать смотреть по сторонам. И стрелять на любой подозрительный шорох. Всякое может случится в этой сумасшедшей стране. Тут женщины сражаются наравне с мужчинами, а маленькие девочки уходят в свою русскую Вальгаллу в окружении убитых немецких солдат, разорванных в клочья брошенной под ноги тяжелой русской гранатой, похожей на банку тушенки с ручкой... Танкист украдкой оглянулся. Нет, показалось. В этом безумии и сам трогаешься рассудком, и ждешь хмурого парня из ГФП.
Треск мотоциклов вдруг прервался. Обер-лейтенант вынырнул из болота задумчивости. Руки сами вскинули бинокль. И опустили. Не к чему смотреть вдаль, когда посреди степи вдруг бросается под траки широкая полоса автобана. Асфальт, разметка...
Мартин скомандовал остановку. Из двух бронетранспортеров тут же посыпались наружу пехотинцы. Они привыкли использовать каждую остановку, чтобы размять ноги. Да и оросить мощной струей земли, стонущие под иудейско-жидовским игом, никогда не будет лишним.
К танкисту подошел гауптман. Ковырнул носком сапога серый асфальт...
- Тоже задумался?
- Ага, - Мартин снял очки-консервы и наклонился, пытаясь рассмотреть дорожное покрытие. Кинжалом кое-как выломал кусочек, попытался размять пальцами...
- Знаешь, Курт, возможно, я что-то не понимаю, но на кой хрен русским в этой глуши застилать дорогу первоклассным материалом?
- Кто из нас специалист по дорогам? - буркнул гренадер, и вытащил призывно булькнувшую фляжку. - Будешь?
- Не откажусь.
Обер-лейтенант предпочитал не пить в такую жару. Хотя... Что не выйдет с потом, оставляющим широкие солевые разводы на сукне мундира, то высушит постоянное нервное напряжение. Качественный шнапс прокатился огненной волной до самых пяток. Мартина передернуло. Но флягу вернул владельцу с явной неохотой.
- Чего хмурый такой? - гауптман старательно завинтил крышечку.
- Сам как думаешь? - ответил танкист и поморщился. Довольные неожиданной остановкой гренадеры радостно галдели, напоминая расшалившихся детей.
- Пусть веселятся, - верно понял недовольство танкиста командир гренадеров. - Это до первой пули в задницу. Потом поумнеют.
- Поумнеют, ага... - задумчиво протянул танкист и обтер о штаны запачкавшуюся руку. - И эта дорога еще... Первоклассный автобан. Кёльн-Бонн, не меньше. И посреди степи, где даже большевики не водятся.
- Ошибаешься, - медленно протянул Курт. И заорал во всю глотку, мигом сбрасывая всю беззаботность:
- К бою, сукины дети!
Мартин напрасно грешил на пехотинцев. Вроде бы расслабленные парни в момент рассыпались вокруг дороги, занимая мало-мальски пригодные места. Хищно шевельнул стволом пулемета "ганномаг". А по странному автобану катились прямо на их импровизированные позиции, не менее странные грузовики....
А потом тяжелый люк захлопнулся над головой, отрезая от внешнего мира, оставляя только острый запах сгоревшего пороха, близкий грохот орудия под ухом и бессильное цоканье пуль по броне.
***
Гауптман и обер-лейтенант пили не стесняясь. Некого стесняться было. Практически весь личный состав остался лежать в пыли широкой русской степи. Кому можно было помочь - помогли. А кому было суждено умереть - уже отдали души прилетевшим на шум боя валькириям. Шума было предостаточно не только для валькирий, но и для сошествия на землю самого Одина. Или еще кого из древних кровожадных богов. Грузовики оказались до отвала набиты бойцами. Не особо подготовленными, конечно. Но у каждого был легкий ручной пулемет. А еще у нападавших было два десятка безоткатных орудий. Пусть даже и одноразовых, но оба БТРа уже догорали, пуская чадные хвосты дыма, а любимая "троечка" обер-лейтенанта бесстыдно раскинула сорванные близким попаданием траки...
- Ничего не пойму, - в который раз тихо сказал гауптман. - Бред какой-то. Рожи обросшие как у висельников, но форма практически новая. И вразнобой. А оружие новенькое. И одинаковое, - гренадер вертел в руках пулемет. - И еще, на нем цифры стоят. Сказал бы: «даты», но "1989"! И русские буквы.
- Ну не знаю я ничего. Не знаю, - тихо ответил Мартин. - Наверное, это чьи-то злые шутки. А Бога ли, Дьявола, так то пусть Анненербе разбирается. Им по штату положено...
Tags: Графоманство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments